Жуковка, деревня

Жуковка, ныне одно из самых престижнейших дачных мест Подмосковья, расположившаяся на высоком правом берегу р. Москвы, близ Барвихи, возникла сравнительно недавно - в 1920-е годы. Ее предшественником было старинное село Луцкое, находившееся на противоположном низком берегу, почти каждую весну затапливавшемся паводковыми водами. И поэтому историю Жуковки по праву следует начинать с рассказа о Луцком.

Первые сведения о Луцком относятся к середине XV в. В своем завещании 1461 г. великий князь Василий Темный упоминал "села свои Лужские", которые передавал своей жене Марии Ярославне. Здешние места были богаты сенокосами, о чем весьма красноречиво говорит этимология названия села. Позднее оно трансформировалось в Лутское и, наконец, в Луцкое. Еще при своей жизни Мария Ярославна отдала село своему третьему сыну князю Андрею Васильевичу Углицкому и Звенигородскому. Упоминание об этом находим в договоре Ивана III со своим удельным братом, в котором тот обязывался села "держать ... по тому, как при отце нашем, при великом князе, его братья держали свои села московские".

На протяжении всего XVI в. село находилось в числе дворцовых вотчин и значилось как "приселок" соседнего дворцового села Ильинского. Тут существовал деревянный храм Богоявления Господня. В 1616 г. Луцкое из дворцового ведомства было отдано в поместье стольнику Глебу Ивановичу Морозову. В Смутное время Луцкое, как и многие соседние селения, попало в полосу военных действий - сюда заходили отряды Болотникова, шайки "тушинского вора", а в 1618 г. его занимают отряды польского королевича Владислава, неудачного претендента на русский престол. Сохранились довольно любопытные донесения русских разведчиков, посылавшихся из Москвы навстречу неприятелю, в которых упоминается и Луцкое. Вот одно из них: "7127 года (1618) сентября в 16 день приехали из подъезду царицына чина дети боярские Иван Волосатый со товарищи 5 человек, а в распросе сказали: ...проехали с большой дороги направо берегом к Москве-реке и приехали на пустошь против Ильинского и Луцкого и стояли на той пустоши с час, рассматривали: в Ильинском стреляли из пищали. И они поехали подле Москвы реки к большой Звенигородской дороге и доехали до речки Самынки, и биты сакмы (конные следы - авт.) и езжено ново, подле Москвы реки, к речке Самынке, лошадей по пяти и по шести. И отъехав они от речки Самынки, назад с версту, битою сакмою, и на повороте с большой дороги, налево к Хорошеву - громленные лежат три телеги и хомуты. А наперед того они ездили тою дорогою тому дня с три и тех телег не было".

В результате бедствий Смутного времени Луцкое пострадало относительно мало - был разрушен лишь местный храм, а судя по описанию 1623 г., в сельце значились двор помещика, где жили дворовые люди, двор приказчика, три двора людских, 5 дворов крестьянских, три двора бобыльских, где проживал в общей сложности 21 человек, и всего два пустых двора. Владелец Луцкого Глеб Иванович Морозов, несмотря на то, что с 1637 г. был пожалован саном боярина, представлял собою довольно бесцветную личность, не проявив себя талантами ни на дипломатической, ни на военной службах. В историю он вошел как брат знаменитого боярина Бориса Ивановича Морозова, являвшегося дядькой и воспитателем царя Алексея Михайловича. По выражению современников, он был ему "вместо отца родного, благоволением же царским бысть силен в слове и деле". Будучи фактическим главой правительства в первые годы царствования своего воспитанника, он, естественно, заботился о служебной карьере брата, который своим продвижением по службе обязан исключительно ему. Не менее знаменитой была и жена Глеба Ивановича - Феодосия Прокопьевна, получившая известность в истории церковного раскола. Под влиянием протопопа Аввакума она тайно приняла схиму и была одной из ярых противниц "новшеств" патриарха Никона. В сентябре 1671 г. ее арестовали, подвергли пытке, содержали в монастырском заключении, а затем сослали в Боровск, где она скончалась после двух лет заточения в темной земляной яме.

Судя по переписи 1646 г., в Луцком находилось 16 крестьянских дворов, где проживало 42 человека. После смерти в 1662 г. Глеба Ивановича сельцо досталось его сыну стольнику Ивану Глебовичу, который умер в 1671 г., не оставив потомства. С его смертью пресекся род бояр Морозовых, и Луцкое, как выморочное владение перешло в ведение Приказа Большого Дворца. Указом царя в 1681 г. Луцкое с 22 крестьянскими дворами было пожаловано звенигородскому Савво-Сторожевскому монастырю. По сведениям 1704 г. в деревне считалось 28 дворов и 116 жителей. Во владении обители она оставалась до 1764 г., когда все секуляризированные монастырские владения1 стали "экономическими". По данным "Экономических примечаний" времен Павла I Луцкое находилось в "командорственном ведомстве тайного советника князя Вяземского" или иными словами, доходы с нее шли на содержание Мальтийского ордена. В деревне находилось 58 дворов и 300 душ обоего пола.

В 1812 г., как и двумя столетиями раньше, Луцкое снова попадает в полосу военных действий. Но на этот раз нашествие неприятеля для деревни стало более катастрофичным. В Ильинском располагалась штаб-квартира одного из отрядов вице-короля Евгения Богарне, который от Бородина шел на Москву через Звенигород, задерживаемый по пути русскими войсками генерала Ф.Ф.Винценгероде. По собственной неосторожности французы в несколько часов сожгли