Из истории Балакова

Юрий Каргин, г. Балаково Саратовской области.

Традиционно годом рождения Балакова считается 1762 год, когда Екатерина II подписала Манифест, разрешавший раскольникам, некогда бежавшим в Польшу, селиться на землях между реками Большой и Малый Иргиз. Ревнителям старой веры выделялось в пользование 70 тысяч десятин (чуть более 76 тысяч гектаров) лучшей заволжской земли. Раскольники, согласно исторической "легенде", и стали основателями Балакова.

Но освоение балаковских земель началось гораздо раньше. Одно из самых древних поселений, исследованных археологами в районе Балакова, относится к эпохе бронзы - V тыс. до н.э. А если заглянуть еще дальше в глубь веков, то, по некоторым предположениям, здесь охотились за мамонтами люди каменного века, а это уже 80-100 тыс. лет назад. Впрочем, не будем копаться в столь древнем прошлом. Вернемся во второе тысячелетие.

В XV-XVI веках район устья реки Большой Иргиз (напротив Вольска) был одним из наиболее удобных мест переправы через Волгу заволжских кочевников, отправлявшихся в поход на русскую землю. Регулярно здесь переправлялись и яицкие казаки, самый знаменитый из которых атаман Ермак - перед тем, как отправиться на завоевание Сибири. Славились эти места и казачьими шайками, которые промышляли разбоем, грабя проходившие по Волге купеческие и посольские караваны. Не случайно именно в устье Иргиза. по велению Ивана Грозного, и был поставлен первый военный кордон, который должен был защищать от "воровских российских казаков" и крымских татар, а также перевозить и охранять послов разных восточных стран, едущих к царю в Москву.

Кстати, торговые и посольские караваны ходили не только по Волге, но и по суше - вдоль ее берегов. Эта дорога по право- и левобережью называлась Ардабазарной (возможное объяснение - из орды на базар, на рынок), и русские кзачьи кордоны наверняка располагались по всему пути на определенном расстоянии. Был такой кордон и в районе нчынешнего Балакова. В исторических документах начала XVIII века он именовался Балаков-Юрт по названию речки Балаковки, на берегу которой он находился.

Происхождение этого названия одни исследователи связывают со словом "балакать" : мол, любили местные жители "побалакать", т.е. поговорить; другие сопоставляют со словом "бурлак" - "бурлаковка": будто здесь останавливались на отдых бурлаки; и, наконец, третьи видят сходство со словом "балык", "рыба": славились эти места своими рыбными богатствами.

Из этих трех предположений скорее всего самое верное последнее. Когда у реки появилось название "Балаковка", здесь еще не было оседлых жителей, а потому их "балаковости"-говорливости просто не существовало. Не было в то время и бурлачества. Зато рыбу - "балык", во множестве здесь ловили издревле.

Еще в XV-XVI веках тысячи московских рыболовов промышляли на Волге, спускаясь до самого

Иргиза. А первое официальное разрешение на рыбную ловлю получил в 1606 году от царя Василия Шуйского Чудов монастырь. Ему отводились угодья в "тихих Сосновых водах от Черного Затону вниз Волги-реки на 45 верст до устья Елань-Иргиза", т.е. от Хвалынска, который назывался тогда Сосновым Островом из-за огромного острова посреди Волги, затопленного теперь Саратовским водохранилищем, - до Большого Иргиза. Вслед за Чудовым монастырем разрешили здесь рыболовствовать и Новоспасскому. Соответствующий Указ подписывал основатель царской династии Романовых Великий Князь Михаил Федорович.

Таким образом появились на участке Волги от Большого до Малого Иргиза станы рыболовных монастырских ватаг, а в конце XVII века и постоянные монастырские поселения. Возможно, рыбаки и дали "рыбные" названия безымянным тогда речкам: Балыковка (скорее всего с ударением на втором слоге), Сазанлей и Линева. А район Волги от Хвалынска до Царицына прозвали "Рыбным городком".

Слава об этом "городке" распространилась по всей России, и лучшая волжская рыба поставлялась напрямую к царскому столу.

Вслед за московскими рыбаками необжитое Саратовское Заволжье стали заселять "малые" народы, проживавшие выше по берегам Волги: мордва, татары, чуваши. С насиженных мест они срывались в поисках земли и воли целыми семьями и даже селениями. Их отдавали при Петре I во владение помещикам, и наиболее строптивые мириться с этим не хотели. Некоторых царские военные команды возвращали назад. А те, кто все-таки избежал помещичьей кабалы, забирались в самую глушь, например, на Большой и Малый Иргизы.

Осваивали иргизские берега и раскольники, бежавшие от царской немилости Петра Великого. Тогда, в первой половине XVIII века, появились на Большом Иргизе старообрядческие села: Криволучье, Кормежка и другие, а на Балаковке - раскольничье поселение Балаково. Упоминаемый же в самом начале главы Указ Екатерины II лишь узаконил присутствие раскольников в Заволжье. Это подтверждается и в статье "Село Балаково", опубликованной в газете "Самарские губернские ведомости" в мае 1857 года, всего спустя 7 лет после того, как село перешло из Саратовской в Самарскую губернию. Составитель этого материала балаковский удельный голова Яблошников замечал, что, по словам старожилов, "основание села совершилось ранее Манифеста, именно в 1742 году".

И действительно, Екатерининский Манифест был подписан в декабре 1762 года, и за каких