Москва при преемниках Петра I в XVIII столетии

По смерти Петра сразу же возник вопрос: не возвратить ли Москве ее допетровское значение, развенчав новый царствующий град Петербург. И вопрос этот висел над обеими столицами, и старой и новой, более пяти лет, до времени переселения из московского Анненгофа на берега Невы императрицы Анны Иоанновны. Дело в том, что Петр, в силу своего нового закона о престолонаследии, должен был назначить себе преемника, но не успел этого сделать) и высшие правительственные учреждения и приближенный к престолу правящий класс поставлены были в необходимость самим разрешить вопрос о переходе императорской власти.

Старая боярская партия желала провозгласить императором десятилетнего сына несчастного царевича Алексея, Петра, на которого возложили надежды, что при нем можно сокрушить дело Петра и ниспровергнуть значение прорубленного им окна в Европу. Конечно, это отвечало бы чувствам массы населения, которых "тянул" в гору своих преобразований скончавшийся император "сам-десять", со своими немногочисленными птенцами. Вождям реставрации чудилось, что сын Алексея Петровича, враждебно относившийся и к Петербургу и ко всякому западничеству, уже в силу наследственности будет склонен идти к московской старине, да и самая молодость его давала надежду подготовить его к царствованию в этом именно направлении, лишь бы получить в руки регентство до его совершеннолетия. Эти замыслы питали Долгоруковы, Голицыны и другие бояре старого закала.

Но сотрудники Петра, возвышение которых и дальнейшее значение неразрывно связано было с его делом, при помощи гвардии провозгласили царствующей императрицей Екатерину. Всемогущим при ней стал А. Д. Меньшиков, и при этом временщике нечего было думать о возвращении Москве ее прежнего значения. Он даже прибрал к своим рукам и юного Петра Алексеевича, склонив Екатерину 1 передать ему престол, при условии его регентства до совершеннолетия будущего императора и его женитьбы на дочери своей Марии Александровне Меньшиковой. По смерти Екатерины юный государь перевезен был даже в дом своего будущего тестя и находился в его власти.

Однако такое положение дел не заставило старых бояр отказаться от их планов. Воспользовавшись болезнью регента и антипатией к нему Петра, они низвергли всемогущего временщика и при помощи молодого князя Ивана Долгорукова захватили царственного юношу в свои руки.

Пользуясь тем, что он, как и его отец, не любил моря и очень увлекался охотой, для которой были неудобны окрестности Петербурга, они перевезли его в Москву и здесь отвлекали несовершеннолетнего государя от учения и занятия делами и всячески разжигали в нем страсть к охоте, для которой представлялось столько удобств в окрестностях Москвы. Они уговорили государя не возвращаться в Петербург и навсегда остаться в старой столице. Чтобы упрочить свою власть, Долгоруковы сосватали за четырнадцатилетнего Петра одну из сестер ставшего его любимцем князя Ивана.

Но Петр II не тяготел к самой Москве; на самое короткое время останавливался он в запущенных кремлевских дворцах и все стремился на окраины столицы, чтобы отсюда поскорее уехать в лес и в поле, на охоту с гончими и борзыми. Понятно, что в двухлетнее пребывание свое он не оставил по себе прочных следов в Москве. По сведениям того време,и, он останавливался на короткое время то в Слободском дворце (на его месте теперь стоит Техническое училище), то в Лефортовском, то в Головинском, то в Семеновском, то в Измайловском. Да и отсюда, окруженный Долгоруковыми и их приспешниками, спешил на охоту, иногда направлявшуюся далеко от подмосковных сел к Александрову, Ростову и Туле. Кремль видал его только в дни коронования, рождения, именин да приема послов. В последний раз его видели в Москве сопровождавшего свою нареченную невесту княжну Долгорукову в Крещенье 1730 года. На этом празднике он сильно простудился и слег в постель; у него началась сильная оспа; но он не поберегся и с нею сидел у открытого окна и скончался.

Единственный из русских императоров, он был среди прежних царей погребен в Архангельском соборе. Для него вынули здесь два гроба сибирских царевичей и вместо них опустили его гроб.

Брошенная на произвол судьбы верховная власть была прибрана к рукам временщиками, выходившими из учрежденного после смерти императора Петра 1 верховного тайного совета; при Екатерине она была захвачена Меньшиковым, при Петре 11 Долгоруковыми. И они одинаково направляли ее и номинальных носителей ее в свою пользу, а не в интересах государственных.

Новые верховники по смерти Петра II "прибавили и еще себе воли": а) они отстранили от наследования престола двух дочерей Петра Великого, Елизавету Петровну и Анну Петровну, бывшую замужем за герцогом Голштинским, вместе с ее сыном и внуком Петра Великого, Петром Феодоровичем, впоследствии царствовавшим с именем Петра III; б) произвольно передали императорский престол в колено царя Иоанна Алексеевича, ничем не связанное с преобразованиями Петра 1, в лице вдовствующей герцогини Курляндской Анны Иоанновны; в) при этом единую и неделимую, в силу требований нашей истории, самодержавную верховную власть раздробили между верховным тайным советом и будущей императрицей, для которой выработали особые условия, или кондиции, ограничивающие ее власть. Ограничения эти заключались в том, что призываемая государыня не могла ничего важного решать без согласия помянутого совета верховников (относительно законов, войны и мира, новых податей и налогов и верховного пре