Апостолы славянского мира

Протоиерей прот. Максим Козлов

О славянских первоучителях Кирилле и Мефодии по сей день ведутся споры по вопросам: кому принадлежит честь первого поощрения славянского христианства: Риму или Константинополю? Кем были по происхождению солунские братья: греками или славянами?

Какова роль византинизма в истории славянских народов? Какой вид азбуки был изначальным: глаголица или кириллица? Но решение их несоизмеримо с тем огромным значением, какое имело кирилло-мефодиевское наследство в судьбах Православной Церкви, славянства и Руси.

Братья

Братья родились в Солуни, где их отец был помощником градоначальника: Мефодий в 815 году, Кирилл, мирское имя которого Константин, — в 827. Они хорошо знали язык славян, живших в самом городе и его окрестностях.

Старший рано проявил себя человеком практического действия, отличным администратором, так что некоторое время занимал пост правителя одной из славянских областей Византии. Константин получил прекрасное образование при императорском дворе, но предпочел открывшейся перед ним карьере монашескую жизнь в монастыре на Узком (Мраморном) море. Тогда же примерно и Мефодий удалился в обитель на малоазиатской горе Олимп.

Вскоре, однако, Константина упросили вернуться назад, и он был назначен преподавателем философии в знаменитом константинопольском университете. Отсюда, кстати, и эпитет Философ, с каким его имя обычно представляется в источниках. К этому времени относится публичный диспут Константина с низложенным патриархом иконоборцем Иоанном Грамматиком, в котором Константин, защищая православную истину иконопочитания, одержал победу над опытным полемистом.

Затем на Константина возложили две ответственные миссии, связанные с межконфессиональной полемикой. Сначала его в возрасте 24 лет отправили к арабам для разъяснения основных догматических истин православного богословия о Триедином Боге.

Примечательно, что во время диспута Философ обнаружил знание Корана, процитировав в защиту троического догмата одну из сур. В Хазарский каганат он поехал уже вместе с братом. Житие Мефодия кратко излагает суть события следующим образом: "Были же там евреи, что сильно хулили христианскую веру. [Мефодий] же сказал, что готов умереть за христианскую веру... и пошел, и служил, как раб, меньшему брату, повинуясь ему. Он молитвою, а философ словами взяли над теми верх и посрамили их".

В более подробном рассказе Жития Константина содержится описание прений, которые он вел в Хазарии.Уже при подъезде византийской миссии хазары послали навстречу ей некоего иудея, человека лукавого и хитрого, который сразу же начал вести с Константином споры по различным вопросам.

В последующих дискуссиях с еврейскими раввинами, как пишет Ф. Дворник ("Славяне и Византия в IX веке"), Константин "показал себя многоумным греком, с глубокой богословской подготовкой и большим даром аргументаций. Никакие возражения не могут его затруднить, идет ли речь о Троице, о пришествии Мессии или о соблюдении законов Моисея". Все его оппоненты вынуждены были уступить, так что каган в письме императору Византии благодарил за присылку человека, "который объяснил нам христианскую веру словом и делом, Святую Троицу, и мы узнали, что есть истинная вера; мы разрешили добро вольно креститься людям в надежде, что и мы позже осуществим то же". Известно, однако, что в итоге в Хазарии возобладал иудаизм.

Миссионеры

В 862 году в Константинополь прибыло посольство от славянского Моравского князя Ростислава с просьбой прислать миссионеров, которые могли бы помочь в укреплении славянского христианства. Стремление создать независимую церковь и слухи о хазарской миссии солунских братьев побуждали Ростислава обратиться именно к Византии. Сюда же его направляли и мотивы национально политического свойства - поиски опоры для противодействия "новому историческому колоссу германизма" (протопресв. А. Шмеман).

После прибытия в Константинополь миссии Ростислава к императору был вызван Константин, которому было поручено возглавить выполнение просьбы моравского князя. Сразу же началась интенсивная подготовка к миссии. Еще до отъезда в Моравию Константин составил азбуку для славянского языка и приступил к переводам, "...начал писать слова Евангелия: «Вначале было Слово. И Слово было у Бога, и Слово было Бог»".

Выбор Евангелия Апракос (т. е. богослужебного) для перевода - что находится в резком противоречии с традицией латинского Запада - отражал сознательное стремление святых братьев переводить прежде всего такие тексты, которые, будучи самой авторитетной частью Св. Писания и заключая в себе основные истины христианской веры, регулярно читались во время богослужения в присутствии всех верующих. Начатая работа была продолжена Константином и Мефодием в Моравии, где между 864 и 867 годами они перевели Апостол, Паремийник (сборник читавшихся во время служб отрывков из Ветхого Завета) и самые тексты церковных служб. Тем самым моравские славяне получили возможность узнать, во что же, собственно, они верят.

Проповедь на народном языке шла успешно, но ранее прибывшее в Моравию немецкое духовенство, видя, что славянское население ускользает из-под его влияния, начало всячески препятствовать этому. Чтобы урегулировать свое положение, братья отправляются в Рим, в юрисдикции которого находилась Моравия. Путь их лежал через Паннонию, где по просьбе к