Уроки современного кризиса для России

Почему глобальный финансово-экономический кризис ударил Россию в каком-то смысле сильнее, чем многие другие развивающиеся страны? В кризисном 2009 г. ВВП России снизится примерно на 3 %, а развивающихся стран – увеличится на 3,3 %, лишь несколько замедлившись. Фондовые рынки в России обвалились в 5 раз, а в развивающихся странах в 1,5 раза. Инфляция в России в период кризиса сохраняется на предельно высоком уровне – 13 %, а в развивающихся странах она вдвое снижается – до 4 %. У нас будет стагнация и тяжелый, затяжной, болезненный выход из кризиса, а в развивающихся странах уже в 2010 г. прогнозируется рост ВВП в размере 4 % и более.

Ответ на поставленный вопрос: потому что в финансово-экономической системе России были определенные слабости, которые этот кризис высветил.

Проанализируем эти слабости и попытаемся извлечь уроки на будущее.

Создать фонды «длинных» денег

Первая слабость нашей финансово-экономической системы – превалирование в ней «коротких» денег и фактическое отсутствие в рыночных фондах «длинных» денег. Наш рынок акций так сильно обвалился прежде всего из-за того, что в эти акции были вложены во многом «короткие», т. е. спекулятивные деньги, которые в первую очередь изымаются в случае тех или других неблагоприятных процессов. И весьма острое и тяжелое обострение проблем ликвидности наших банков, инвестиционных компаний тоже связано с тем, что в них преобладают «короткие» деньги. И когда на «короткие» деньги приобретаются активы, для которых требуются «длинные» деньги, например недвижимость и земля, то заминка с ликвидностью достаточно быстро приводит к неплатежеспособности этих организаций, поскольку они не смогут в короткий срок реализовать недвижимость, землю, другие «длинные» активы.

В других странах, в отличие от России, существует целая система рыночных фондов «длинных» денег. Это негосударственные фонды накопительных пенсий с триллионами долларов, «длинные» деньги страховых обществ, полученных, прежде всего, за массовое страхование жизни. К таким фондам относятся также паевые (по нашей терминологии) фонды, которые в западных странах существуют уже десятки лет и накопили огромные средства. Наконец, в самих западных банках довольно высокая доля «длинных» денег. И определенная часть этих «длинных» денег направляется на приобретение ценных бумаг, в том числе акций, которые во многом обеспечивают их стабильность, меньшую волатильность.

В России практически нет рыночных фондов «длинных» денег. Есть небольшой фонд накопительных пенсий, образованный за счет отчислений с предприятий (около 10 млрд. долларов), есть негосударственные добровольные накопительные пенсионные фонды – тоже около 10 млрд. долларов. Страховая система России совершенно не развита, и ее активы составляют менее 40 млрд. долларов. Паевые фонды стали развиваться недавно, в них накоплено около 20 млрд. долларов. В пассивах наших банков только около 4 % «длинных» денег, да и то в подавляющей части трехлетних.

Так что при приведенных выше масштабах фондовых рынков России столь мизерные суммы «длинных» денег вряд ли могут стать стабилизирующим началом этого рынка. Проблема «длинных» денег в России недооценена. И это коренная слабость нашей экономики. Отсюда и трудности с формированием инвестиций, для чего нужны «длинные» деньги. Нам надо было бы увеличить крайне низкую норму инвестиций – их долю в ВВП, которая у нас даже ниже, чем средняя норма инвестиций развитых стран: у нас эта норма составляет 20 %, а в развитых странах – в среднем 21 %. Но развитые страны увеличивают ВВП в год на 2,5–3 %, имеют развитую инфраструктуру, обновленные основные фонды, особенно машины и оборудование, и им этой нормы инвестиций хватает на все вложения – и на обновление фондов, и на инфраструктуру, и на прирост фондов для обеспечения экономического роста, и на жилищное и социальное строительство. А нам 20 % совершенно не хватает ни на инфраструктуру, которая крайне отстала, ни на обновление фондов, которые до предела устарели, ни на качественное экономическое развитие, ни на приемлемый размер жилищного и социального развития.

Казахстан с 1997 г. ввел накопительную пенсионную систему, и за прошедшие 11 лет уже образован достаточно весомый фонд накопительных пенсий, из которого черпаются инвестиции. И во многом благодаря этому норма инвестиций в Казахстане составляют не 20 %, как в России, а около 30 %, и Казахстан имеет существенно более высокий потенциал будущего роста за счет внутренних факторов, чего не скажешь о России.

Без «длинных» денег – основы инвестиций, основы стабильности финансовой и банковской систем – у страны не может быть благоприятного, эффективного будущего. Поэтому первый урок, который со всей очевидностью высветил нынешний кризис: России нужно незамедлительно, как можно быстрее создать рыночные фонды «длинных» сбереженных денег. Этот вывод со всей очевидностью можно было сделать и после кризиса 1998 г., который еще больше обвалил наш фондовый рынок, и отдельные страны СНГ такие выводы сделали. Казахстан, например, с 1997 г. ввел накопительную пенсионную систему, и за прошедшие 11 лет уже образован достаточно весомый фонд накопительных пенсий, из которого черпаются инвестиции. И во многом благодаря этому норма инвестиций в Казахстане составляют не 20 %, как в России, а около 30 %, и Казахстан имеет существенно более высокий потенциал будущего роста за счет внутренних факторов, чего не скажешь о России. Если бы Россия в 199