Перекусихина, Марья Саввишна

План
Введение
1 Биография
2 В искусстве
3 Библиография

Список литературы

Введение

Марья Саввишна Перекусихина (1739—1824) — камер-юнгфрау (камер-юнгфера) императрицы Екатерины II, её доверенная близкая подруга и личная прислуга.

1. Биография

Происходила из небогатого дворянского рода Рязанской губернии. Сведений о том, как она оказалась при дворе, не сохранилось, однако уже в 1760-х годах императрица крестит её племянницу[2]. Её брат Василий Перекусихин получил хорошее образование и умер сенатором (1724—1788), поэтому предполагают, что Марья Саввишна тоже получила образование. Она довольствовалась своим неофициальным положением при дворе, но много хлопотала о семье брата. (Её племянница Екатерина была замужем за Ардалионом Александровичем Тарсуковым (умер в 1811 г.) обер-гофмаршалом двора).

Перекусихина попала ко двору императрицы и скоро приобрела её привязанность и столь высокое значение при дворе, что «все фавориты второй половины прошлого века находились в нравственной зависимости Перекусихиной». Во всех покоях занимала комнаты рядом с императрицей — «в этих комнатах сидели и „высиживали“ и Храповицкий, которого Екатерина хвалила „за то, что бывал у М. С.“, и А. Я. Протасов, искавший позволения жениться, и Державин, в ожидании гнева Фелицы, и княгиня Дашкова: положение Перекусихиной делало её нужным человеком для всех»[3]. «Выдающееся положение её при особе государыни делало её известным и нужным человеком почти для всего влиятельного сословного и чиновного Петербурга того времени. Многие фавориты добивались многого через Марию Саввишну»[4].

«Женщина без всякого образования, не знавшая ни одного иностранного языка, занимая скромное официальное положение при дворе, Перекусихина своей искренней привязанностью и расположением к Императрице Екатерине II, в которой она видела не только царицу, но и человека со всеми его достоинствами и слабостями, сумела снискать себе со стороны ее „особую доверенность“. Императрица постоянно оказывала Перекусихиной особливое, часто трогательное внимание»[4].

Перекусихина была доверенной собеседницей и другом императрицы, и в этом качестве находилась при ней неотлучно — единственная могла являться по первому звонку императрицы, помогала ей одеваться, присутствовала в качестве главной распорядительницы при окончании туалета государыни, сопровождала её во всех путешествиях, а иногда и на парадных выездах. Один из бывших в свите во время путешествия императрицы в Крым вспоминал: «В 1787 г. на одном ночлеге, во время путешествия в Тавриду, Марью Савишну Перекусихину поместили в комнату, наполненную чемоданами и дорожными припасами. Государыня, войдя к ней, с сожалением сказала: „Неужели ты позабыта!“ Сколько та ни старалась ее успокоить, но Екатерина, потребовав князя Потемкина, сделала ему выговор: „заботясь обо мне, не забывайте моих ближних, особливо Марью Савишну; она мой друг ; чтоб ей также было покойно, как и мне“. Потемкин крайне был встревожен сею оплошностью»[5].

«Хорошо знавшая людей, Екатерина высоко ценила сердечную, бесхитростную преданность этой простой и малообразованной, но умной и покладистой русской женщины. В привязанности этой одинокой пожилой девицы чуткая Императрица подметила даже оттенок особой сентиментальной влюблённости, в шутку называла себя ея женихом, и в день свадьбы ея племянницы подарила Марие Саввишне дорогое кольцо со своим портретом в мужском костюме, сказав при этом: „Вот и тебе жених, которому, я уверена, ты никогда не изменишь“. Во всех своих отношениях к ней Екатерина всегда проявляла самое трогательное внимание, ухаживала за ней во время болезни, утешала в смерти брата. 2 декабря 1788 года Храповицкий отмечает: „Говорили о горести М. С., лишившейся брата вчера в ночь. Она все крепилась, а теперь в отчаянии. Приказано нужное для похорон взять от камерцалмейстера. Ходили к ней. Плакали“ »[3].

Перекусихина оставила потомкам трогательные воспоминания о чёрточках характера императрицы:

Екатерина зимою сделалась нездорова и лейб-медик Рожерсон предложил лекарство. Она воспротивилась сказавши: «Лекарство помешает моим занятиям, довольно и того, что посмотрю на тебя». Рожерсон, зная ея упорство, предложил прокатиться в санях. Государыня согласилась, почувствовала облегчение и провела покойную ночь, но на другой день к вечеру головная боль снова возобновилась. Марья Савишна Перекусихина предложила санную прогулку. «Хорошо один раз , отвечала Екатерина; скажут: какая дура, по ночам катается, и подумают когда ей заниматься делами »
(Из рассказов Перекусихиной[5]).

Она и Е. А. Чертков называются свидетелями, которые присутствовали на возможно состоявшемся венчании Екатерины и Потемкина, где кроме них еще был лишь его племянник Александр Николаевич Самойлов. Вместе с камердинером Зотовым была в числе тех, кто присутствовал при последних минутах Екатерины. Фёдор Ростопчин пишет: «Твердость духа сей почтенной женщины привлекала многократно внимание всех бывших в спальне; занятая единственно Императрицей, она служила ей так, как будто ежеминиутно ожидала ея пробуждения, сама поминутно приносила платки, коими лекаря обтирали текущую изо рта материю, поправляла ей то руки, то голову, то ноги…».

По утру 7-го ноября 1796 г. [накануне смерти], проснувшись, позвонила [императрица] она по обыкновению в 7