Особенности реализации различных стратегии взаимодействия в диадах «ребенок-мать»

Шведовская А.А., доцент кафедры «Возрастная психология»

Изучением особенностей семейного воспитания и разработкой критериев выделения различных типов воспитания занимались многие отечественные и зарубежные исследователи (Д. Браумрид, А.Е. Личко, Э.Г. Эйдемиллер, В. Юстицкис, А.Я. Варга и др.). Одним из важнейших компонентов процесса воспитания в семье является деятельностная сторона детско-родительского взаимодействия. Реализация детско-родительского взаимодействия включает в себя активно-действенную позицию не только самого родителя, но и ребенка по отношению к родителю.

Активно-действенная позиция ребенка отражается в ориентирующем образе детско-родительских отношений у ребенка. Образ детско-родительских отношений у ребенка носит регулирующий, контролирующий, направляющий характер в построении тактики взаимодействия с родителями (О.А. Карабанова, 2002). В настоящее время представляется недостаточно изученной проблема формирования у ребенка образа детско-родительских отношений и соотнесения особенностей образа с реализацией реального взаимоотношения с родителями

Проведенное нами исследование[*] посвящено изучению особенностей структуры детско-родительского взаимодействия в дошкольном возрасте. С целью изучения реального взаимодействия проведена методика «Пробы на совместную деятельность» (Лидерс А.Г. 1994, Карабанова О.А. 2004) в 75 диадах «ребенок-мать» (150 респондентов). Исследование проводилось в шести детских дошкольных учреждениях г. Москвы. Возраст детей от 4.6 до 6.11 лет.

Параметрами анализа особенностей детско-родительских отношений в пробе на совместную деятельность для нас стали следующие показатели деятельностного и эмоционального компонентов диадического взаимодействия родителя и ребенка:

1. характер руководства деятельностью партнера;

2. особенности контроля и оценивания действий партнера;

3. особенности принятия руководства ведомым;

4. стремление партнеров к взаимодействию;

5. характер установления дистанции при взаимодействии;

6. степень эмоционального принятия-отвержения партнера по взаимодействию.

Использование кластерного анализа результатов пробы на совместную деятельность методом К-средних позволило выделить пять различных групп детско-родительских диад, различающихся по выделенным показателям взаимодействия. Распределение детско-родительских диад по группам. Сопоставление групп между собой с использованием U-критерий согласия Манна-Уитни показало, что выделенные группы значимо различаются по определенным переменным деятельностного и эмоционального компонентов взаимодействия (уровень значимости p<0,05). По критерию соотношения делового и эмоционального компонентов взаимодействия со стороны родителя и со стороны ребенка, нами была построена эмпирическая типология взаимодействия в родительско-детской диаде. Типология включает в себя следующие типы взаимодействия: конфликтный, гармоничный, дистантный и авторитарный, который в свою очередь делится на два типа, условно названные нами «Родитель — диктатор» и «Ребенок — диктатор». Дадим краткую характеристику каждого из выделенных типов.

1. «Конфликтный тип взаимодействия»

Особенности позиции партнеров по взаимодействию: родитель — авторитарный, доминирующий;ребенок — эгоцентричный, активный.

Характер диадического взаимодействия: несогласованность «МЫ».

Характеристика типа взаимодействия:

В конфликтной диаде наблюдается активная борьба за лидерство во взаимодействии, как со стороны родителя, так и со стороны ребенка. Ребенок в ситуациях и ведомого и ведущего отстаивает свое первенство.

Например, в сравнении с дистантным родителем конфликтный родитель на активность ребенка отвечает собственной активностью. Но если по объективным причинам конфликтный родитель находится в ситуации ведомого и вынужден следовать за ребенком для достижения результата, то он так же склонен к отстранению от взаимодействия, как и дистантный родитель или проявляет негативизм к просьбам и указаниям ребенка. При этом в ситуации конфликтного взаимодействия родитель склонен к переоценке возможностей ребенка, что не свойственно дистантному родителю.

Взаимодействие в конфликтной диаде отличается особой напряженностью. Ребенок активно вмешивается в деятельность родителя. Это действует дистабилизирующе на аспект планирования действий родителем. Осуществление руководства со стороны родителя характеризуется выраженной непоследовательностью, неадекватностью и фрагментарностью указаний. Родитель априори считает, что ребенок понимает его требования и инструкции. Такую же модель предъявления инструкции использует и ребенок. При этом он скорее пытается сам выполнить действия за родителя, чем что-то разъяснить или показать.

Конфликтный родитель не ориентирован на оказание своевременной помощи ребенку. Родитель контролирует ребенка преимущественно по итоговым результатам действий, не осуществляя пошаговый контроль. Предпочитает использовать критику, высмеивание, постановку «диагноза».

Такой способ руководства и контроля со стороны родителя не позволяет ребенку эффективно и адекватно корректировать собственные действия, и ребенок предпочитает игнорировать замечания и инициативу взрослого.

Ребенок демонстрирует широкий спектр протестных форм принятия руководства со стороны родителя: формально выполняя указания взрослого, оспаривая его требования, отказываясь от выполнения требований взрослого и проявляя