Междуцарствие. План государственного переворота

Между тем события обогнали декабристов и вынудили их выступить раньше тех сроков, которые были ими определены. Все резко изменилось поздней осенью 1825 г.

В ноябре 1825 г. неожиданно умер вдали от Петер­бурга, в Таганроге, император Александр I. Сына у него не было, и наследником престола являлся его брат Кон­стантин. Но женатый на простой дворянке, особе не цар­ской крови, Константин по правилам престолонаследия не мог бы передать престол своим потомкам и поэтому отрекся от престола. Наследником Александра I должен был стать следующий брат, Николай — грубый и жесто­кий, ненавидимый в армии. Отречение Константина дер­жали в тайне — о нем знал лишь самый узкий круг чле­нов царской семьи. Необнародованное при жизни импера­тора отречение не получило силы закона, поэтому наслед­ником престола продолжал считаться Константин; он во­царился после смерти Александра I, и 27 ноября население было приведено к присяге Константину.

Формально в России появился новый император — Константин I. В магазинах уже выставили его портреты, успели даже отчеканить несколько новых монет с его изображением. Подорожные уже подписывались его име­нем. Но Константин престола не принимал, одновременно не желал и формально отрекаться от него в качестве императора, которому уже принесена присяга.

Создалось двусмысленное и крайне напряженное поло­жение междуцарствия. Николай, боясь народного возму­щения и ожидая выступления тайного общества, о кото­ром уже был осведомлен шпионами-доносчиками, решил­ся, наконец, объявить себя императором, так и не дож­давшись от брата формального акта отречения. Была назначена вторая присяга, или, как говорили в войсках, “переприсяга”, — на этот раз уже Николаю I.

“Переприсяга” в Петербурге была назначена на 14 де­кабря. Междуцарствие и “переприсяга” волновали население и раздражали армию.

Декабристы еще при создании своей первой организации приняли решение выступить в момент смены императоров на престоле. Этот момент теперь и наступил. В то же время декабристам стало из­вестно, что они преданы, — доносы предателей Шервуда и Майбороды уже лежали на столе у императора; еще не­много — и начнется волна арестов...

Члены тайного общества приняли решение выступать. Совершенно необоснованно мнение, будто они знали, что идут на верную гибель. Нет, они знали о грозящих опа­сностях и возможности личной гибели, но верили и в воз­можность общего успеха. “Мы так твердо были уверены, что или мы успеем, или умрем, что не сделали ни ма­лейших сговоров на случай неудачи”, — говорил Алек­сандр Бестужев. Важно отметить, что они чувствовали и моральное обязательство выступать: "Случай удобен, — писал московским декабристам из Петербурга И.И. Пущин. — Ежели мы ничего не предпримем, то заслужим во всей силе имя подлецов”.

На квартире Рылеева, в тот момент больного, был разработан следующий план действия. 14 декабря, в день “переприсяги”, на площадь выйдут революционные войска под командованием членов тайного общества. Диктатором восстания был выбран гвардии полковник князь Сергей Трубецкой (именно выбран проведенным голосованием по управам — отделениям тайного общества). Войска, отка­зывающиеся присягать, должны выйти на Сенатскую пло­щадь. Почему именно на Сенатскую? Потому что тут на­ходится Сенат, тут сенаторы утром 14 декабря будут при­сягать новому императору. Силой оружия, если не захотят добром, надо не допустить сенаторов до присяги, заста­вить их объявить правительство низложенным и издать революционный Манифест к русскому народу. Черновик этого Манифеста был найден при аресте у “диктатора” Трубецкого. Это — один из важнейших документов де­кабризма, поясняющий цель восстания. Сенат, таким образом, волей революции включался в план действий вос­ставших.

В революционном Манифесте объявлялось “уничтоже­ние бывшего правления” и учреждение Временного рево­люционного правительства. Объявлялось о ликвидации крепостного права и об уравнении всех граждан перед законом; объявлялись свобода печати, свобода вероиспо­ведания, свобода занятий, введение гласного суда присяж­ных, уничтожение рекрутчины, введение всеобщей воин­ской повинности и образование “внутренней народной стражи”, сложение подушных податей и “недоимок по оным”. Все правительственные чиновники должны были уступить место выборным лицам. Можно представить себе, какие широкие народные массы всколыхнул бы этот Ма­нифест!

Было решено, что как только восставшие войска блоки­руют Сенат, в котором сенаторы готовятся к присяге, в помещение Сената войдет революционная делегация в составе Рылеева и Пущина и предъявит Сенату требова­ние не присягать новому императору Николаю I, объ­явить царское правительство низложенным и издать рево­люционный Манифест к русскому народу. Добившись это­го, декабристы намеревались немедленно опубликовать свой Манифест. Одновременно гвардейский морской эки­паж, Измайловский полк и конно-пионерный эскадрон должны были с утра двинуться на Зимний дворец, за­хватить его и арестовать царскую семью. (Она должна была оставаться под арестом впредь до решения ее судь­бы Учредительным собранием).

Затем созывался Великий собор — Учредительное соб­рание. Оно должно было принять окончательное решение о формах ликвидации крепостного права, о форме государ­ственного устройства России, решить вопрос о земле.

Декабристы намерены были предложить свой перера­ботанный конституционный проект Великому собору, но именно только как проект. Они полагали, что Великий со