Меж двух зол

МЕЖ ДВУХ ЗОЛ

Исторический выбор Александра Невского

"Сквозь тусклое стекло"

В 80-90-е годы нашего столетия как в западноевропейской, так и российской науке вновь появились попытки переосмыслить значение для истории Руси и, соответственно - России, политику князя Александра Невского, и свести его гражданский и духовный подвиг даже не к рядовому, типичному для князя-воина поступку, а к роковой ошибке, предопределившей "не тот" путь развития средневековой Руси, а затем и России.

Критический анализ деяний Александра Невского дан в книге главы английских историков-славистов профессора Оксфордского университета Джона Феннела "Кризис средневековой Руси. 1200-1304.", вышедшей в свет в 1983 г. в Лондоне (переиздана в переводе на русский язык издательством "Прогресс" в 1989 г.), а также статье И. Н. Данилевского "Один из любимых героев детства" ("Знание-сила". 1994. № 7.). И. Н. Данилевский пошел еще дальше своего английского коллеги и поставил перед собой задачу развенчать столетиями слагавшийся миф о великом князе Александре Ярославиче.

Остановимся на основных положениях этой работы и начнем цитатой из нее с небольшими комментариями: "Основы мифа об Александре Невском были заложены уже вскоре после смерти знаменитого князя. Приблизительно в восьмидесятые годы XIII столетия начал формироваться культ князя как святого, в чем кровно были заинтересованы его преемники. Тогда и была написана . житийная повесть о нем. Основу ее составил рассказ о тех самых сражениях, которые мы так хорошо помним ". (С.123), т.е. о Невской битве 15 июля 1240 г. и Ледовом побоище 5 апреля 1242 г. По мнению И. Н. Данилевского, "столкновение на Неве вряд ли можно назвать "битвой", "схватка в устье Ижоры больше напоминала партизанский рейд по тылам противника, чем большое сражение" (С.125). "Мифическое восприятие событий" было закреплено уже в ХХ веке, когда "новые мифотворцы" поставили Невскую битву - "один из заурядных… эпизодов истории" ( С. 125), по убеждению И. Н. Данилевского, - "в один ряд с другими битвами - за Москву, под Сталинградом, Курском, за Берлин". Не стоит преувеличивать, по мысли историка, масштабы "столкновения со шведскими рыцарями", в котором подвиги новгородцев "выглядят вполне заурядными эпизодами вооруженного столкновения"(С.124) (выделено мной,-А.У.; ср.: с мнением Дж.Феннела:"...великая сеча" была не более чем очередным столкновением между шведскими отрядами и новгородскими оборонительными силами из происходивших время от времени в ХIII-ХIY веках".(С.143-144)), равно как и Ледовое побоище. На него нарывался сам Александр Ярославич, провоцируя "столкновения с достаточно сильным и опасным для Новгорода и Пскова ... противником" (С.126), "в основном воюя ... против чюди, ливов, эстов" (С.128).

Прервем цитирование, чтобы по ходу сделать несколько замечаний. Если немецкие рыцари, по мнению И. Н. Данилевского, все-таки были "достаточно сильным и опасным противником", тогда почему же историк так стремится уменьшить значение решающей битвы с ним на льду Чудского озера и в то же время дважды восхищается литовцами, разбившими рыцарей в 1236 и 1410 гг.? Почему эти решительные действия Миндовга и Витовта с Ягайло против Ордена не вызывают такого раздражения, как выступление eiycy Александра Ярославича? Не потому ли, что Русская земля, в отличие от Литовской, так и не допустила своей оккупации немцами, но "была вынуждена более двух веков тянуть унизительную лямку ордынских "выходов" и помогать захватчикам порабощать другие народы" (С.132) ?

Последнее - намек на совместные походы русских с ордынцами, в том числе и против Литвы, любившей воевать с Русью, но политику князей которой - Миндовга, Витовта и Ягайло - И. Н. Данилевский ставит в пример русским князьям. Еще бы! "...Великий князь Витовт (тот самый, который совместно с Ягайло разгромил в 1410 г. Тевтонский орден) фактически контролировал положение дел в Крыму и в Заволжской Орде, некоторые правители которых даже короновались на ханство (!) в Вильне, а заодно решал вопрос, стоит ли ему посадить "во Орде на царствие царя его Тохтамыша" (С.132). (Стало быть, и на его, Витовта, совести лежит сожжение "его царем" Тохтамышем в 1382 г. Москвы?)

Упрекая русских в союзе с Ордой (вынужденном союзе! - А. У.), И. Н. Данилевский почему-то забыл о добровольном союзе великого князя литовского Ягайло, католика и "образца для подражания", с мусульманином Мамаем, на помощь которому он шел в 1380 г. против великого князя владимирского Дмитрия Ивановича Московского, да не поспел к сражению на Куликовом поле. Забыл историк и о трех походах на Москву в 1368, 1370 и 1372 гг. отца Ягайла, великого князя Ольгерда Гедиминовича (в 1345-1377 гг.). Забыл, что уже после Кревской унии 1385 г. и "брачного" объединения Литвы и Польши (женитьбы Ягайло на польской королеве Ядвиги в 1386 г.) новый государственный союз постарался прибрать к рукам западнорусские земли. Но даже литовские феодалы не сразу принимали унию, что уже говорить о православных русских! И, наконец, историк забыл, что третий (или первый по хронологии) "образец для подражания" - Миндовг постоянно воевал с Русью: и с князем Даниилом Галицким, и его братом - Васильком Во