Александр Мень

Александр Владимирович Мень

Отец Александр родился в Москве 22 января 1935 года.

Советская власть в это время трубила о своих победах. Съезд компартии за год до этого получил название "съезда победителей". Под водительством коммунистической партии и ее прославленного вождя И.В.Сталина советский народ совершает героические подвиги, солдаты неусыпно охраняют границы, НКВД истребляет врагов народа, летчики летают выше всех, дальше и быстрее, стахановцы побивают рекорды производительности. В это же время ГУЛАГ, где уже находились миллионы людей, не прекращал расти. Царил атеизм. Думали, что лишь необразованные старушки могут верить в Бога. Было закрыто более 95% церквей. Ни одного монастыря, ни одной семинарии уже не существовало. В 1935 г. Церковь, казалось, была вытеснена из общества. Действительно, видимой жизни Церкви не существовало, но она не погасла, а широко продолжалась повсюду, но тайно - стала катакомбной. Катакомбы ХХ века! В их недрах и пробудилась вера маленького Александра.

Александр Мень

Детство о. Александра Родители Александра Меня принадлежали к поколению, которое, в целом, не испытывало сомнений в правильности избранного пути и строило будущее общество, не ставя перед собой метафизических вопросов. Его отец учился в техническом институте и затем полностью отдался своей работе инженера текстильной промышленности. Любая религия была ему чужда, но он терпимо относился к ней.

Зато мать Александра - Елена была глубоко религиозна. Родившаяся, как и отец, в еврейской семье, она была воспитана в любви к Богу. "Когда я впервые услышала слова о страхе Божием, - вспоминает она, - я с недоумением спросила маму: "Мы ведь любим Бога, как же мы можем его бояться?" Мама ответила мне: "Мы должны бояться огорчить его каким-нибудь дурным поступком". Этот ответ меня вполне удовлетворил.

Ко всему прочему, Елена находилась под большим влиянием своей бабушки. В семье не без гордости рассказывали, как она была исцелена самим Иоанном Кронштадтским возле Благовещенского собора в Харькове. В 1890 году, оставшись вдовой с семью детьми, она заболела. Врачам не удавалось ее вылечить. Однажды соседка рассказала ей, что в городе проездом находится знаменитый проповедник и уговорила ее пойти к нему. Собор и площадь вокруг него были переполнены людьми, но они смогли пробиться к о. Иоанну. Посмотрев на нее, он сказал: "Я знаю, что вы еврейка, но вижу в вас глубокую веру в Бога. Помолимся вместе Господу, и Он исцелит вас от вашей болезни". Месяц спустя она была совершенно здорова.

Крещение

Собор Православной Церкви 1917-1918 года поставил, среди прочего, перед собой цель восстановить приходы в виде "маленьких церквей" по образу первых христианских общин. После революции миряне стали объединяться в братства вокруг некоторых священников, талантливых и сильных людей.

В Москве существовали две, особенно активных, непосредственно связанных между собой, общины. Первая сложилась вокруг церкви св. Николая Чудотворца на Маросейке, где служил отец Алексей Мечев, а затем его сын - о. Сергий Мечев. Вторая возникла в приходе свв. Кира и Иоанна, где служил отец Серафим Батюков.

Александр с матерью 3 сентября 1935 года подруга Веры, сестры Елены, привезла ее с маленьким Аликом поездом до Загорска и привела к отцу Серафиму. Он их уже ждал. Здесь, в маленьком домике он крестил обоих - и мать и сына. Тогда же крестилась и Вера. Когда у Елены родился второй сын, Павел, крестной стала Вера. Елена и вера регулярно ездили из Москвы в Загорск на богослужения, которые проводились тайно. Отец Серафим стал их духовным отцом.

Отец Серафим скончался в конце 1942 года. Он был тайно похоронен в подземелье. За некоторое время до этого, предчувствуя свою кончину, он в первый раз исповедал Алика, хотя тому еще не было семи лет. "Я чувствовал себя с дедушкой так, - рассказал ребенок, - как будто я был на небе у Бога, и в то же время он говорил со мной так просто, как мы между собой разговариваем."

Что же касается отца Cерафима, то он давно предсказал уже двум сестрам: "За ваши страдания и благодаря вашему воспитанию ваш Алик будет большим человеком".

После кончины о. Серафима, настоятельница подпольного женского монастыря, мать Мария продолжала укреплять юного Александра и помогала ему формироваться духовно. - "Подвижница и молитвенница, она была совершенно лишена черт ханжества, староверства и узости, которые нередко встречаются среди лиц ее звания, - вспоминал о.Александр позднее, - у матушки Марии была черта, роднящая ее с Оптинскими старцами - открытость к людям, их проблемам, их поискам, открытость миру. На всю жизнь запала мне мысль не прекращать диалог Церкви с обществом, начатый Оптиной пустынью, и участвовать в нем своими слабыми силами".

Отрочество и студенческая жизнь Во время войны Сталин вынужден был пересмотреть свою политику по отношению к Церкви. Советская власть, чтобы мобилизовать население против агрессора, стала больше взывать к национальным чувствам и меньше говорить о защите идеалов коммунизма. А ведь русское национальное самосознание тесно связано с христианством. Поэтому, а также для того, чтобы выглядеть в глазах союзников лучше, для Церкви были сделаны определенные поблажки. В Москве восстановили духовную академию и семинарию, вновь стало возможным издание "Журнала

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать