Альфьери Витторио, граф д’Асти

А. О. Дёмин.

Альфьери, Альфиери (Alfieri) Витторио, граф д’Асти (1749–1803)

Альфьери, Альфиери (Alfieri) Витторио, граф д’Асти (1749–1803), итальянский поэт, драматург-трагик, политический писатель. Новаторство трагедий А., построенных в соответствии с принципами французского классицизма, заключалось в предельной концентрации драматического действия, устранении второстепенных персонажей и эпизодов, что приводило к неизвестной ранее итальянскому театру краткости текста пьесы. А. выработал напряженный, лаконичный, экспрессивный драматический стих, отличающийся как от эпического, так и лирического итальянского стиха обилием инверсий, переносов, ритмической затрудненностью и ораторской интонацией. Гражданское звучание и тираноборческий пафос творчества А., выраженные в его трагедиях и трактатах «О тирании» («Dellatirannide», 1777), «О государе и словесности» («Delprincipeedellelettere», 1784), а также в автобиографии («VitadiVittorioAlfierid’Astiscrittadaesso», 1803) и ряде стихотворений, обусловили его популярность в среде итальянских якобинцев и карбонариев. А. был любимым писателем Байрона, его драматургия оказала влияние на театральные сочинения английского поэта. Автобиография А. является одним из характерных личных документов эпохи, конструирующих романтический характер со свойственными ему устремлениями к личной независимости и свободе творчества.

Впервые имя А. упомянуто П. в письме к Л. С. Пушкину от 22–23 апреля 1825: «…хочу жеребцов выезжать: вольное подражание Alfieri и Байрону» (Акад. ХIII, 163). Для А. неизменная на протяжении всей жизни страсть к верховой езде была выражением стремления к личной свободе, о чем неоднократно упоминается в его «Жизни». Интерес П. к творчеству А. возникает в связи с работой над «Борисом Годуновым» и связанной с ней необходимостью оценить художественные возможности различных драматургических систем. Возражая А. А. Бестужеву на его тезис о смене первого «века творения и полноты» следующим за ним «веком посредственности, удивления и отчета» (Бестужев-Марлинский А. А. Соч.: В 2 т. М., 1958. Т. 2. С. 547) как всеобщем законе исторического развития литератур, П. ставит А. в один ряд с великими итальянскими поэтами прошлого и настоящего (письмо к А. Бестужеву от конца мая–начала июня 1825 — Акад. ХIII, 177; «<Возражение на статью А. Бестужева “Взгляд на русскую словесность в течение 1824 и начала 1825 годов”>» — Акад. ХI, 25). Между тем, к драматургической практике А., основанной на принципах французского классицизма, П. относится критически. В письме к Н. Н. Раевскому-сыну от второй половины июля 1825 он отмечает половинчатость новаторства А., который, исключив широко применявшиеся в итальянской драматургии, но ему казавшиеся неестественными «реплики в сторону», за их счет удлинил не менее неправдоподобные, с точки зрения русского поэта, одиночные монологи (Акад. ХIII, 197, 407; повторено почти дословно в письме к нему же от 30 января или 30 июля 1829 — Акад. ХIV, 48). Критика драматургии Байрона, включенная в то же письмо, а позднее развернутая в набросках статьи «<О драмах Байрона>» (1827; Акад. ХI, 51) и «<О трагедии Олина “Корсер”>» (1828; Акад. ХI, 64), косвенно затрагивает и А., поскольку П. называет Байрона его подражателем во всех драмах за исключением «Манфреда». П. отмечает односторонность и однообразие характеров в драмах Байрона, напряженность и неестественный лаконизм языка. Подобные упреки были адресованы французской критикой А. Характеристика его драматической реформы, а также разбор его художественных просчетов содержится в хорошо известной П. книге «О литературе Южной Европы» («DelalittératureduMididel’Europe», 1813–1829) швейцарского историка Ж.-Ш.-Л. де Сисмонди (SismondiJ.-Ch.-L. DeSimondede, 1773–1842). П. отдает предпочтение драматургии Шекспира, предполагающей большую художественную свободу.

В письме к А. А. Дельвигу от начала февраля 1826 по поводу восстания декабристов П. упоминает трактат А. «О государе и словесности», где развивается мысль о том, что писатель, отстраненный от общественной деятельности, становится склонен к умозрению. В России, по мнению П., ситуация сложилась прямо противоположной и «класс писателей» оказался более склонен к действию, хотя себя самого он причислил к писателям созерцающим, а не действующим (Акад. XIII, 259). Французский перевод трактата (Paris, 1818) имелся у П. (Библиотека П. № 532). А. изложил в нем свои воззрения на литературу и место писателя в обществе. А. полагает, что изящная словесность является высшим родом деятельности, ибо приносит наибольшую пользу обществу, просвещая и воспитывая граждан. Для художественного творчества писателю необходима полная независимость, социальная и экономическая, дающая ему возможность воспевать гражданские добродетели без оглядки на мнения покровителей или покупателей его продукции. Поэтому писатель должен быть единственным, кто оценивает достоинство его произведений. Эти мысли входят в идеологический фон ряда произведений П.

В литературной полемике П. упоминает также факты из жизни А., с которыми мог быть знаком не только по его автобиографии в подлиннике или французском переводе, но и по анекдотическим пересказам в зарубежной критике. Так в «<Опровержении на критики>» (1830), утверждая необходимость знакомства с живым языком простонародья, он замечает: «Альфиери изучал италиянский язык на флорентинском базаре» (Акад. ХI, 148–149). Пьемонтец по происхождению, А. с детства жил во французской