Свободомыслие в средние века

Господство религиозных представлений над умами всех слоев феодального общества в течение тысячелетнего периода, отделяющего эпоху Возрождения от классической древности, очень затрудняло развитие атеистической мысли. Как справедливо заметил Анатоль Франс, в этот период „счастливому единодушию паствы несомненно способствовало также обыкновение... немедленно сжигать всякого инакомыслящего". Но и это не могло полностью задушить мысль, пытавшуюся разбить цепи, в которые ее заковало мракобесие.

Крупнейшим представителем средневекового свободомыслия был французский философ Пьер Абеляр (1079-1142). В своем трактате „Введение в теологию" он не побоялся заявить, что либо все религиозные догматы - звук пустой, либо они имеют смысл, доступный пониманию разума человеческого. А раз так, истины религии подлежат контролю разума. „Опрометчиво вериг тот, кто. не разобравшись, беззаботно удовлетворяется тем, что ему говорят, не взвесив это, не зная, насколько основательны доказательства в пользу сообщаемого".

Провоз! лашая высший авторитет разума, призывая ничего не принимать на веру, Абеляр не остановился перед тем, чтобы заявить. „Не потому веришь, что так сказал бог, а потому, чю ты убежден, что так оно и есть".

Единственный разумный путь к достижению истины, утверждал Абеляр, - сомнение, которое должно быть исходным пунктом при решении любого вопроса. „Сомневаясь, — писал он, — мы начинаем исследование, а благодаря исследованию мы приходим к истине" Такая высокая оценка сомнения имела огромное значение для подрыва религиозного мировоззрения

В сочинении "Да и нет" Абеляр, подчеркивающий, что из двух противоположных высказываний по одному и тому же вопросу по крайней мере одно ложно, собрал множество цитат из „священных" текстов, исполненных противоречий. Эти цитаты свидетельствуют, что на вопросы о первородном грехе, о свободе воли, о сотворении мира или его вечности, о вечности творца и на другие коренные вопросы религии „святые отцы" церкви и даже само „святое писание" дают диаметрально противоположные ответы. Так была показана явная ложность многого сообщаемого в текстах, которые религиозное мировоззрение провозглашало непререкаемой истиной.

Несмотря на свой рационализм и борьбу свою против догматизма средневекового сознания, Абеляр оставался в плену религиозных представлений. Тем не менее его взгляды, объективно подрывающие основы религии, вызвали в среде духовенства бурю негодования. В 1121 г. собор в Суас-соне объявил эти взгляды еретическими, заставил Абеляра публично сжечь свой трактат и заключил его в монастырь.

Свободомыслие пробивало себе путь и в Италии. В XII в. во Флоренции выступил ряд ученых, выдвигавших эпикурейские, материалистические и антирелигиозные идеи.

Ряд видных представителей антирелигиозного свободомыслия выступил в эту эпоху в мусульманском мире.

Здесь прежде всего следует упомянуть таджикско-персидского мыслителя и поэта Омара Хайяма (1040 -1123). Стихи Хайяма „Рубай" не только глубоко проникают в мир чувств человека, они исполнены философских раздумий и откровенной антирелигиозности.

Хайям высмеивает религиозный призыв к отказу от благ земных во имя благ, ждущих нас за гробом. Никакою загробного мира, говорит он, нет. Существует лишь посюсторонний мир, где царят законы природы Перед их лицом молигвы и болтовня о рае и аде смешны. „К чему кумирен дым, светильники мечетей? К чему про рай и ад все разговоры эти?" Все религии, включая ислам, обманывают людей, одаряя их „сорной травой" веры в воздаяние.

Поэт часто повторяет и остроумно иллюстрирует ту мысль, что единственная реальная действительность - земная действительность, что ею только имеет смысл дорожить, а ее утрата принесет не божественное воздаяние, а небытие. „Когда покинешь мир — ведь будет все равно, что делал, говорил, чем запятнал себя ты".

Хайям вскрывает противоречие между религиозным учением о всемогуществе и всеведении бога и учением о воздаянии: „Когда ты для меня слепил из глины плоть, ты знал, что мне своих страстей не побороть; не ты ль тому виной, что жизнь моя греховна? Скажи, за что же мне гореть в аду, господь?"

Эпикурейское положение о том, что несправедливостью, царящей в обществе, опровергается существование провидения, получает яркое выражение в творчестве Хайяма, страстно обличающего социальное зло и так же страстно отвергающего существование всеблагого господа: „О небо, к подлецам щедра твоя рука. Им - бани, мельницы и воды арыка; а кто душою чист, тому лишь корка хлеба. Такое небо - тьфу! - не стоит и плевка!"

Некоторые рубай позволяют предполагать, что смелые идеи Хайяма разделялись определенными кругами общества, в котором он жил. Например: „И так вот и живем под сводом голубым. Полубезбожники и полумусульмане".

Рубай часто облекают антирелигиозную мысль в шутку, но автор подчеркивает: „Не только на словах я враг всей этой лжи" - и самым серьезным образом заявляет, что решительно отвергает порабощение разума какой бы то ни было религией. „Дух рабства кроется в кумирне и в Каабе, трезвон колоколов — язык смиренья рабий, и рабства черная печать равно лежит на четках и кресте, на церкви и Мирхабе".

Ряд важных антирелигиозных идей выдвинул знаменитый арабский философ Ибн-Рощц (Аверроэс) (1126-1198). Рассматривая себя как верного последователя Аристотеля, этот выдающийся мысл