Православие язычество Иконопочитание

Православие, Язычество, Иконопочитание. "Икона" в переводе с греческого означает "образ". Когданекоторая реальность отражается в другом материале - это об-раз. Отпечаток, оставленный перстнем в сургуче или воске -это образ. Моя память о каком-то событии - это образ. Отра-жение другого человека в моем сознании и моих глазах - этообраз. Слово, которым обозначается предмет - это образ: лю-бое слово есть не вещь, но символ вещи, ее отображение вмоей речи. Человек неизбежно живет в мире образов. Дажестол, который я вижу перед собой, дан мне как образ (моесознание непосредственно работает с образом стола на сетчат-ке моего глаза). И вся культура - от музыки до скульптуры,от литературы до живописи, есть образ. Тем самым всякультурная деятельность человека есть научение жить в миренеизбежных образов. В этой школе у человека должно раз-виться ожидание того, что реальность многомернее и сложнеесвоих образов, и в тоже время смирение с тем, что познаниемира без посредства образов вообще невозможно. Как же тогда понять четвертую из десяти Моисеевых запове-дей - "не делай себе кумира и никакого изображения того, чтона небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже зем-ли"? Именно напоминая эту ветхозаветную заповедь, протестан-ты укоряют православные иконы. То, что я сказала абзацем вы-ше - философия. Они-же приводят цитату Писания. Как совмес-тить философию и богословие? Какой сделать выбор? Так вот, философски очевидно, что человек не может не соз-давать образов - суть же заповедей не в запрете на созда-ние образов, а в том, чтобы из этих неизбежных образов неделать себе кумиров. И Моисей ясно понимает смысл запрета:"не поклоняйся им и не служи им". Изображение не должно вос-приниматься в качестве Бога - это верно. В частности, чело-век должен помнить, что и тот образ Бога, который он имеет всвоем уме, не есть Сам Бог. Можно не иметь икон и быть идо-лопоклонником - ибо кумир будет всажен в сердце человека,Можно спутать реальность текста Писания и реальность тогоБога, о котором оно говорит. Верно, в православном мире мож-но встретить людей, которые относятся к иконе, как к куми-ру - но разве в мире протестантском нет людей, которые Биб-лию превратили в предмет своего профессионального изучения,а живого Бога забыли? Кстати, Библия тоже есть икона. Просто образ Творца онапередает не красками, а словами. Любая проповедь предлагаетнекоторый образ Бога, некоторое представление о Боге, длятого, чтобы человек обратил свой сердечный взор к самомуСоздателю. Но тоже делает и икона. Седьмой Вселенский Собор,установивший иконопочитание, ясно сказал: глазами взирая наобраз, умом восходим к Первообразу. Более того, Ветхий За-вет есть икона Нового Завета - "образ настоящего времени","тень будущих благ". События Священной истории иконичны. Первым же иконописцем был сам Бог. Его Сын - "образ ипос-таси Его". Бог же создал человека как свой образ в мире (в греческомпереводе - как икону). Тайну иконы раскрывает такой литургический обряд, как каж-дение: в храме священник при каждении кланяется и кадит илюдям и иконам. Это два вида образов. В человеке образ Божийесть личность, разум, способность к творчеству и свободе.Почитая в другом образ Бога-я почитаю его свободу и Богосы-новнее достоинство, те Дары, которые Господь дал моему бра-ту. Я могу не видеть этих даров, могу с осуждением или през-рением, с холодным равнодушием относиться - на уровне эмо-ций - к этому человеку. Но догмат напоминает моему разуму: вэтом человеке, в каждом человеке, не меньше тайны, чем в те-бе самом. Почти же не его дела в мире, почти Божие дело внем - образ, подаренный ему Богом. Или если я поклонился привстрече человеку, я тоже совершил языческий обряд ? Но тог-да Соломон был язычником, ибо даже будучи царем, кланялсясвоим гостям. И Авраам - ибо кланялся и он народу. И значит,опять нам нужно вспомнить то, что сказал Седьмой Собор обиконе: есть поклонение, как всецелое служение - и оно надле-жит только Богу, и есть поклонение, как почитание, как воз-дание чести - и оно возможно по отношению к образу. Иначечетвертая заповедь Моисея войдет в прямое противоречие с пя-той: "Чти отца твоего и матерь твою". И в четвертой запове-ди: "Чти день субботний". Итак, все, что вышло из рук Бога ивсе, что напоминает нам о Нем - достойно благодарения и по-читания. И если человек творит себе памятные знаки, образы,для того, чтобы свой ум чаще обращать к Единому Творцу - гдеже здесь язычество? То же ли самое - Бог и те заповеди, ко-торые Он дал Моисею? Нет. Но как же пророк Исаия воскли-цает - "И на закон Его буду уповать". Не язычник ли Исайя,раз уповает на закон Божий, а не на Бога? А вот Давид приз-нается - "как люблю закон Твой". Как же смеет он религиознолюбить что-то, помимо Бога? И уж не нарушает ли заповедь"Богу одному поклоняйся" тот же Давид, когда говорит: "пок-лоняюсь святому храму Твоему". Конечно, нет, ибо все, чтонапоминает о Боге, достойно благоговейного Отношения. Свой образ благочестия нельзя навязывать другим - но и по-дозревать в других худшее без всякой попытки понять мотивыих действия является ничем иным как фарисейством. Можнобыть христианином и жить по Евангелию, не почитая живопис-ных изображений (православные, молясь в лагерных бараках,где небыло икон Христа, не переставали быть православными).Нос главной заповедью Евангелия - заповедь любви - трудносовместима практика обвинений других христиан в язычестве