"Священный молот" как средство эвтаназии в бретонской традиции

"Священный молот" как средство эвтаназии в бретонской традиции

Анна Мурадова

В бретонских обрядовых действиях, связанных с проводами умершего на тот свет, можно выделить, наряду с чисто христианскими обрядами, целый пласт пережитков языческих верований в той или иной степени подвергшихся христианизации. Сходные им обычаи отмечаются у других индоевропейских народов, в частности, у славян.

Католические похоронные обряды долгое время сочетались с локальными культами, которые иногда осуждались церковью, а иногда срастались с церковной традицией.

Затянувшаяся агония, затрудненный переход в иной мир связанный со страданиями больного и его близких сопровождается определенными магическими действиями, направленными на ее прекращение.

В бретонских обрядах нетрудно разделить чисто христианские (такие, как исповедь перед смертью, причащение, соборование) и обряды языческого происхождения, о которых речь пойдет ниже. Различие между этими двумя группами обрядов заключается не только в происхождении, но и в их цели: если первые направлены на то, чтобы спасти душу находящегося при смерти, то вторые - на то, чтобы оказать ему действенную помощь и избавить его тем или иным способом от мучительного состояния.

"Священный молоток"

Обряды, связанные с устранением агонии засвидетельствованы поздно: упоминания о них датируются 19 веком. Однако они настолько архаичны, настолько многочисленны, и настолько схожи что мы вправе утверждать их существование в предшествующий период.

Одним из средств сократить длительность перехода агонизирующего больного в иной мир был обряд, связанный со "святым молотком", armael (mel) benniget; иногда это предмет представляет собой не молоток, а каменный шарик ( armellbenniget). И тот и другой предмет использовались для того, чтобы положить конец затянувшейся агонии.

Этот предмет не только упоминается в легендах, его существование документально засвидетельствовано. До наших дней сохранились два образца "священного молотка" (хранятся в музее г. Нанта).

Этот предмет обычно хранился в часовнях или около них. В одном из случаев засвидетельствовано иное местонахождение - "святой молоток" хранился в дупле тиса, который рос возле входа в церковь. Согласно фольклорной традиции этот предмет служил для того, чтобы приканчивать агонизирующих или слишком долго живущих на этом свете стариков: " Lepиreestvieux, ilaeéteè oubliйé, sicelacontinue, ilfaudrabienallerchercherlemaёlbenniget." - "Отец очень старый, он забыт (видимо, смертью - А.М.). Если это так и будет продолжаться, то надо будет пойти и принести lemaёlbenniget" ( E. Enaud, цитируется по: A. Croix, CultureetreligionenBretagneaux 16 et 17 siйécles. Rennes, 1995, стр10) Иногда в бретонском фольклоре присутствует "смягченный" вариант этой традиции: А. Круа приводит легенду, действие которой относится к 1830 г: 85 летний старик, парализованный, морально готовый к смерти ( его уже соборовали) просит своего сына и зятя принести ему "святой молоток". Сын и зять приносят молоток, который находится в особом тайнике в ризнице на хранении у церковного сторожа. После этого "святой молоток" просто приложили ко лбу старика, помолились Святой Троице, и старик отошел в мир иной. (AnnalesdeBretagne, tome 90, 1983, N1, стр. 273-293)

Ясно, чтоб несмотря на обилие таких деталей, как хранения молотка (шара) в церкви, у церковного сторожа - "святой молоток" является пережитком языческого прошлого. Языческая основа ритуала бесспорна, однако его происхождение не ясно. Интересно, что некоторые детали могут быть в большей или меньшей степени христианизированы: так, тайник может находиться в ризнице или в дереве, причем именно в стволе тиса, который считался одним из деревьев, связанных со смертью: тисы часто сажали на кладбищах. С другой стороны, сочетание церковь + дерево (+источник), крест + дерево (см. ниже) довольно часто встречается в бретонском фольклоре, а также в фольклоре и эпической литературе других кельтских народов.

Возможно, это связанно с культом деревьев и понятием мирового древа. В таком случае церковь, построенная около (или вместо?) мирового древа, замещала его. В Ирландии, в частности, был широко распространен культ подобных деревьев.

Однако аналогом мирового древа в кельтской (и индоевропейской) традиции чаще всего является дуб. Причем очень часто на дубах или около них устанавливались придорожные кресты, призванные, также как и кресты на менгирах, христианизировать место языческого культа.

Б. Мердриньяк в статье L'espaceetlesacrй danslesleзonsdebrйviairesdel'ouestArmoricainconsacrиsauxsaintsbretons ( XV- XVIesiиcles), сообщает, что достаточно часто жития святых говорят об установлении крестов на деревьях. По мнению Х. Мартена, речь идет всего лишь о крестообразных насечках на деревьях, указывающих на границы владений. (H. Martin, L. Martin, Croixruralesetsacralisationd'espace; lecasdelaBretagneauMoyenAge, archivesdeSciencesSocialesdesReligions, XLIII/1, 1977, стр.27) однако некоторые жития упоминают любопытный эпизод, касающийся укрепления креста на дереве: во время молитвы святой Тюрио (Turiau) видит, как разверзаются небеса и истолковывает это как приказ деревянный крест в том самом месте, где ему явилось видение. По одной из версий этого жития "без всякого сомн