Обретение облика Иисуса Христа и история формирования иконографических канонов изображения Иису

Обретение облика Иисуса Христа и история формирования иконографических канонов изображения Иисуса Христа.

Главный, центральный образ всего древнерусского искусства - образ Иисуса Христа, Спаса, как его называли на Руси. Спаситель (Спас) - это слово абсолютно точно выражает представление о нем христианской религии. Она учит, что Иисус Христос - человек и одновременно Бог и Сын Божий, принесший спасение человеческому роду. Основой этих представлений является Евангелие. (само слово Евангелие означает "благая весть") Составляющие его четыре книги, написанные апостолами, учениками Иисуса Христа, несут "благую весть" о самой личности Спасителя, о принесенном им в мир спасении. Спасом называли и любое изображение Иисуса Христа в древнерусском искусстве - и это не было простое перенесение на него имени изображенного. Спасителем мира предстает Иисус Христос на фресках и иконах, в мозаиках и миниатюрах, т. е глубокое понятие, суть евангельского предания лежит в основе его образов, созданных во все времена существования древнерусского искусства.

Нерукотворный Образ, или иначе Спас Нерукотворный, - важнейший образец, которому следовали мастера во все времена, пока существовало древнерусское искусство, икона, созданная по преданию, не только при жизни, но и по воле самого Иисуса Христа.

Легенда о Нерукотворном Образе утверждала не только то, что это изображение было создано по воле Иисуса Христа, но и то, что оно было создано им в помощь страждущему человеку. И эти свойства помощи и защиты связывались на Руси не только с тем изображением, которое почиталось как подлинный Нерукотворный Образ, но и с его повторениями, поэтому "Нерукотворный Образ", "Спас Нерукотворный" часто на Руси помещали над вратами крепостей, на воинских стягах. Многочисленны были и иконы, воспроизводящие Нерукотворный Образ. Древнейшая из сохранившихся - "Спас Нерукотворный", созданный в Новгороде в XII веке и принадлежащий сейчас Государственной Третьяковской галерее. На прямоугольной иконе, в центре ее, как и на натянутом на доску "плате Авгаря" - только большеглазый лик с длинными прядями волос и небольшой, чуть раздвоенной бородой - всегда узнаваемый в иконописи лик Спаса. Традиционное буквенное обозначение имени Иисуса Христа в углах иконы утратились, не сохранились и греческие буквы на перекрестии нимба, обозначающие "вечную сущность". Но золотом знаком вечного света, как и много веков назад, сияет нимб. И преображен божественным началом узнаваемый облик Иисуса Христа, его человеческая плоть. Мощная линия с предельной ясностью, словно на века высекая их, вычерчивает благородные черты лика, высокие дуги бровей, тонкий нос, широко распахнутые удлиненные глаза. Отстраняясь оттого, что развертывает перед иконой, отрешаясь от всего внешнего, темные зрачки этих глаз чуть сдвинуты в сторону: самоуглубленного покоя, в котором постигается недоступное, исполнен взгляд Спаса. Сияющая, непроницаемая поверхность лика, написанного теплым розовато-желтым тоном, абсолютно слитыми мазками, как говорили в старину, "плавями". Подтверждая особую природу этого лика, золотыми по темной основе прочерчены обрамляющие его волосы, золото сверкает даже в очень живой, характерной, лежачей на лбу короткой прядке.

До недавнего времени бытовало мнение, что образ Распятия не встречался в христианском искусстве, пока существовала крестная казнь. И только якобы с V века, когда цивилизованное человечество окончательно оставило ее в прошлом и воспоминания о ней стали преданием, тогда и появляются первые изображения страданий Христа, причем сначала весьма условные, как бы намеками, а не в виде реальных сцен. Однако не так давно в местечке Ирунья Велея на севере Испании был обнаружен глиняный осколок с изображением Распятия, предположительно датируемый III веком от Р.Х.. А вскоре последовала еще более удивительная находка – на Святой Земле, о которой поспешила сообщить пресса: на Елеонской горе археологическая экспедиция обнаружила якобы раннюю христианскую могилу, в которой был найден и крест. Открытия эти, правда, еще не получили надежных оценок специалистов, но и до них некоторые исследователи считали, что первые изображения Распятия восходят к I–III векам.

Дошедшие до нас наиболее известные памятники относятся лишь к V веку. Назовем здесь два из них: Распятие на рельефе двери в церкви Санта-Сабина в Риме и на таблетке Британского музея. Выразительно изображение на британском авории, представляющее собой рельеф того же времени, с уже развитой иконографической программой Распятия. На римской же двери – просто три человеческие фигуры с крестообразно распростертыми руками, одна из которых – центральная – крупней двух других. Поэтому совершенно неосновательно утверждение Ю.Г. Боброва: «Изображение исторического распятия с фигурой Христа стало распространяться лишь после решений Вселенского Собора 692 года, отменившего символические замены образа Христа». Сами памятники опровергают подобные мнения.

Можно ли согласиться с В.Н. Топоровым в том, что крест – это знак смерти, похорон (отчего его якобы устанавливают на могиле как иероглиф смерти, как знак вычеркивания, упразднения, отмены и т. п.)? Во всяком случае, «Настольная книга священнослужителя» говорит об обратном: «Крест над могилою православного христианина – молчаливый проповедник блаженного бессмертия и воскресения; водруженный в землю и возвышающийся к небу