Языческий фактор в религиозной, социально-политической и этнокультурной жизни современной Удмуртии

Ильинский С.И. (г. Ижевск)

Самобытные дохристианские религиозные верования удмуртов, которые принято обозначать условно-собирательным термином «язычество",1 весьма сложное и многогранное явление, представляющее академический интерес для исследователей прошлого и современных ученых.2 Но в восприятии титульной нации Удмуртской Республики язычество — это не просто одна из ранних религиозных традиций: национальные верования органически вошли в менталитет народа, оказали значительное воздействие на его быт, историческую память и культуру. Так, например, для неоязычников Удмуртии конца ХХ — начала ХХI вв. настольной книгой и методическим пособием стал фундаментальный труд профессора Удмуртского государственного университета В.Е.Владыкина «Религиозно-мифологическая картина мира удмуртов».

Хотя в советский период язычеству был нанесен существенный урон, национальные верования не смогли окончательно исчезнуть. Исследования общей религиозной ситуации в Удмуртии 1979-1980гг. экспедиций НИИ при Совете Министров УАССР и Института этнографии АН СССР подтвердили жизнеспособность религиозных верований среди удмуртов, о чем свидетельствует таблица:

Состояние религиозности удмуртского населения на 1979-1980гг3:

Интересный результат дал и анализ конкретной конфессиональной ориентации населения: 4 % верующих удмуртов (сельских и городских) придерживались древнеудмуртской религии, 6 % сельских удмуртов исполняли православные и языческие обряды (в основном поминальные), некоторые сохранили свои семейные святилища (куа)4.

Материалы этнографических экспедиций УдНИИ и УдГУ (1964-1994гг.) на территории республики, в сопредельных регионах (Кировской, Пермской, Свердловской областях, в Татарстане, Башкирии, Марийской Республике) также доказали наличие архаических черт в комплексе современной духовной культуры удмуртов. Более ярко это проявлялось среди удмурского населения в иноэтнолингвистическом окружении. Так у удмуртов Янаульского и Татышлинского районов Башкортостана были записаны полные тексты языческих заклинаний-куриськонов. В Татарстане (д.Варклет-Бодья Агрызского района) сохранилась Быдзым Куала (Великая куала) — святилище массовых молений и жертвоприношений, куда собираются удмурты-язычники из соседних регионов. Только у карлыганских удмуртов (Марий Эл) этнографы обнаружили исчезнувшие уже в Удмуртии «священные мелодии«, исполняемые на Быдзым крезь (обрядовых гуслях) во время языческих молений5.

М.Г.Атаманов, также занимавшийся историей народных верований, выявил, что к настоящему времени среди удмуртов сохранилось около 50 тысяч «чистых«, »ортодоксальных« язычников (или 6,5 % всего этнического массива)6, без учета крещеных удмуртов-двоеверов. Основная масса приверженцев древних верований проживает за пределами Удмуртии: в 7 районах Башкортостана (наибольшее количество), в Татарстане, на юге Пермской области (»куендинский куст«) и на юге Свердловской области (»красноуфимский куст")7. По информации М.Г.Атаманова, в конфессиональном пространстве самой Удмуртии можно выделить следующие «языческие зоны»: это несколько селений юга республики (Алнашский район: д.Кузебаево, д.Тоймобаш и др.); отдельные семьи приверженцев дохристианских верований живут в Киясовском, Малопургинском, Граховском районах. Именно в этих местах сохранились культовые объекты (молельни, священные рощи) и обрядовая практика. В целом география сакральных мест дохристианских верований удмуртов гораздо обширнее. Так, Н.И.Шутова отмечает 42 выявленных объекта (святилищ, жертвенников, мест молений, культовых зданий, священных рощ, гор, озер и др.). Из них: 37 — на территории самой Удмуртии (больше всех — 21, в Алнашском районе), 4 — в Кировской области, 1 — в Татарстане8. Таким образом, мы имеем дело с традиционными, базовыми территориями естественной этноконфессиональной идентификации населения. А внешним фактором усиления языческого присутствия в конфессиональном пространстве республики стала миграция в 1990-х гг. язычников удмуртской диаспоры Башкортостана в Камбарский, Каракулинский, Сарапульский районы Удмуртии.

Национальные верования сохранили свое значение и на уровне этнического самосознания удмуртов. Массовые статистико-этнографические исследования 1968 и 1979/80 гг., показали ослабление этнических свойств языка, материальной и духовной культуры (национальных обычаев, привычек, обрядов). При этом достаточно высокий интерес к обрядовой жизни, по оценке экспертов, опрошенные обнаружили уже в период исследования 1968г.9 Катализатором этих процессов стал очередной подъем национального самосознания народов России конца 1980-х гг. в разных формах и направлениях, в том числе — на этноконфессиональном уровне.

Неоязычество современных удмуртов следует рассматривать в двух аспектах: как естественную активизацию вековых духовных ресурсов (т.е. истинное возрождение язычества в нормальной среде и с естественной мотивацией), и в виде использования языческой атрибуции для решения национально-политических задач.

В сельской местности, как мы убедились, традиции народных верований никогда не исчезали, не