Аутентичность

Пивоваров Роман

Идея аутентичности (подлинности, истинности, неподдельности) проходит, по сути, красной нитью через большинство, если не все, концепций, относимых к корпусу экзистенциальной психологии.Тем временем, не во всех из них она приобретает понятийное оформление или становится термином теории. Общим местом для экзистенциально мыслящих психологов и философов является сосредоточенность на актуальном бытии человека в мире, его экзистенции, которую можно определить как конкретную, биографическую, воплощенную жизнь конкретных людей, характеризуемых уникальностью и незаменимостью. «Экзистенциальная феноменология изучает экзистенции в терминах личностного вовлечения в ситуации в мире. Она направлена на пробуждение к особому способу жизни, обычно называемому аутентичным существованием (экзистенцией)» [1] . Таким образом, аутентичность – ключевая тема экзистенциальной психологии.

Возможно, наиболее полное освещение и теоретическую разработку аутентичность получила у Сальваторе Мадди, который поставил ее в центр представлений об идеальном развитии личности, и следовательно, в центр идеальных устремлений терапевта.Анализируя развитие личности, формирование жизненного стиля на позднем периоде развития молодого человека, С. Мадди выделяет несколько этапов. Под первым понимается «эстетизм», где освободившиеся от родительского давления и гнета молодые люди рвутся познать все прелести жизни.Однако не связывая себя обязательствами, он начинает вскоре чувствовать одиночество и стремится к совершенству в отношениях, собственных устремлениях и возможностях.Это, по С. Мадди, второй этап – стиль «идеализма».Наконец, «возникает идеальный в экзистенциальном смысле стиль жизни – аутентичность, или индивидуализм, который углубляется всю оставшуюся жизнь» [2] .Это происходит в результате принятия того неудачного опыта, с которым связано разочарование от несовершенства мира в конце второго этапа («идеализма»).В сердцевине экзистенциальной теории личности С. Мадди лежит различение аутентичного и неаутентичного человека.Под аутентичным человеком понимается неконформная, но, вместе с тем, ответственная личность.Определяя аутентичного человека и тем самым противопоставляя ему человека неаутентичного, С. Мадди отмечает следующиее их характеристики (в т.н. «Двадцати пяти тезисах экзистенциальной психологии»): «ценности аутентичной личности определены и нестандартны, а ценности неаутентичной личности размыты и стереотипны», «аутентичная личность подходит к межличностным отношениям дифференцированно, ищет и рассматривает разные их варианты, в то время как личность неаутентичная предпочитает не дифференцировать свои отношения с людьми», «аутентичные люди стремятся к близкому социальному взаимодействию, неаутентичные предпочитают поверхностные и дистанцированные отношения», «аутентичные люди активны и оказывают влияние, а неаутентичные – пассивны и подвержены воздействиям», «мысли и чувства аутентичных людей носят цельный и планомерный характер, у неаутентичных же – характер фрагментарный и бесцельный», и т.д. [3]

Знакомясь с этими определениями, содержащимися в «25 тезисах», трудно отделаться от желания подытожить высказывания Сальваторе Мадди словами о том, что есть люди плохие и хорошие; последние и зовутся аутентичными.Действительно, создается впечатление, что типология личности С. Мадди носит не столько психолого-теоретический, сколько ценностно-этический характер.Нетрудно заметить, что в образе аутентичной личности по Мадди заложены чаяния и устремления современной западной протестантско-демократической культуры мышления и жизни.Многих аутентичных личностей можно встретить в голливудских кинолентах: это честные, социально-адаптированные личности-герои, уважающие себя и других, готовые и близким и ответственным отношениям, равно как и испытаниям судьбы.Первый пример, который приходит в голову, – это герои американского киноактера Тома Хэнкса. Его герои в кинофильмах «Изгой», «Вам письмо», «Вечером в Сиэттле», «Зеленая миля» – конечно же, не рэмбо и не терминаторы, наоборот, люди со слабостями, но знающие и понимающие их, с глубоко индивидуальной и четко определенной иерархией ценностей, и проч., и проч., и проч.Таковы герои, пожалуй, во всех фильмах, за исключением, разве что, «Форрест Гампа». Здесь главного героя вряд ли можно назвать аутентичным по Мадди.Он заторможенный (неаутентичный), испытывает вину (неаутентичный), обращен в прошлое (неаутентичный) и имеет ограниченное социальное окружение (опять-таки неаутентичный).К аргументам, почему Форреста Гампа все же можно считать аутентичным, мы вернемся ниже.

В каких бы культурно-детерминированных формах идея подлинности не возникала бы, ее сущностные (в противовес дескриптивным, внешним) характеристики все-таки следует считать постоянными величинами.Для Виктора Франкла аутентичность, подлинность возникала как результат обретения смысла.По А.Н. Леонтьеву, именно личностные смыслы являются «строительным материалом» образа мира человека [4] , «по мнению Д.А. Леонтьева, «структурными составляющими личностями выступают следующие смысловые структуры: личностный смысл…; смысловая установка…; смысловая диспозиция…» (Д.А. Леонтьев. Структурная организация смысловой сферы личности. Автореф. дисс. … канд. психол. наук. М., 1988)» [5] .

Стало быть, смысл (в широком смысле смысла: осмысленность, структура личностных смыслов, смыслообразование и т.д.) – важная составляющая аутентичности.Но просто ли смыслы человека задают (определяют, внося