Исследование генотипической обусловленности черт личности

Базыма И.В.

Проблема соотношения наследственности и среды в психическом развитии человека остаётся актуальной, несмотря на то, что задачи психогенетики сформулированы Холлом более полувека назад [1]. Являются ли различные формы поведения и предпочтительные способы адаптации индивидуума наследственно детерминированными, обусловленными генотипом? Передаётся ли данный тип поведения из поколения в поколение и как определить число и природу генетических факторов? Решение этих вопросов требует совместных усилий специалистов в области психологии и генетики.

Известно, что на разных уровнях взаимодействия человека с миром «соотношение биологического и социального» выступает в различных формах. В психогенетике уже накоплен обширный фактический материал о влиянии генотипа на развитие психических функций: по многим признакам констатировано повышение внутрипарного сходства с повышением уровня родства, т.е. количества общих генов. Посредствующим звеном между генотипом и психологическими характеристиками выступают физиологические особенности (свойства нервной системы) и, следовательно, генотипические особенности влияют на поведение, оказывая влияние на нейрофизиологические процессы. В рамках дифференциальной психофизиологии (Б. М. Теплов, В. Д. Небылицын и др.) «проблема соотношения генотипа и среды» приобрела характер изучения индивидуально-типологических различий. Исследовано соотношение генотипических и средовых факторов в формировании уровня силы нервной системы по отношению к возбуждению; выявлена генотипическая обусловленность сенсорных вызванных потенциалов, индивидуального темпа выполнения действий и двигательных способностей, сенсорного зрительного и слухового различения; наследственная детерминация произвольного внимания, индивидуальных особенностей памяти, параметров ЭЭГ покоя и др. [2]. Более того, установлена генетическая обусловленность параметров вербальных и невербальных тестов интеллекта, показателей экстраверсии-интроверсии и нейротизма (в том числе у полусиблингов), личностных особенностей [3, 4]; отмечен незначительный генетический контроль маскулинности-фемининности [5] и агрессивности [6]. Имеются указания на то, что одни черты имеют большую наследуемость, чем другие; а корреляции между членами МЗ и ДЗ близнецовых пар по личностным чертам значительно ниже, чем по отдельным психическим функциям.

Среди личностных переменных только параметр экстраверсии-интроверсии и некоторые факторы, описывающие формально-динамическую сторону личности [7] явно зависят от генотипических влияний. Значительное их сходство получено даже у разлученных МЗ [4]. Черты, отражающие социальный статус личности, т.е. социального генеза, демонстрируют меньшую зависимость от генотипических влияний, что указывает на сложность причинно-следственных зависимостей между гено- и фенотипом. Считают, что геномом кодируются только формальные параметры психического (проявление психических функций в поведении), а содержательная сторона психики не обусловлена генотипом, имеет социальное происхождение и передаётся исключительно по программе «социального наследования».

Индивидуальные особенности ВНД (сложные психические реакции) формируются в течение всей жизни индивида, в непрерывном взаимодействии генотипической основы и факторов внешней среды (в т. ч. социальных воздействий). Особую роль, следовательно, в формировании личностных и психопатологических признаков играет индивидуальная, «уникальная» среда, обеспечивающая их «культурно-историческое развитие». Ранее показано, что аномалии характера часто обусловлены действием пренатальных, натальных, ранних постанатальных вредностей и специфическими условиями воспитания [8]. Т.о, психологические характеристики «не закодированы в генетической программе в их конкретном выражении», а есть результат «траектории» развития, подчиняющегося закономерностям гено-средового взаимодействия» [3]. Классификация индивидуально-типологических различий в рамках психогенетики сводится к проблеме соотношения генотипических и паратипических факторов в формировании межиндивидуальной вариативности признаков и/или межиндивидуальной вариабельности психологических и психофизиологических функций, в типе и темпе их развития. Целью данной работы было изучение возможной генотипической обусловленности личностных черт (факторов).

Материалы и методы

Материал для исследования собран в 2000-2004 гг. в г. Харькове, половозрастная структура населения которого представлена информацией о 2 949 599 индивидах [9]. Всего было обследовано 1735 (657 мужчин и 1078 женщин) представителей харьковской популяции различной социальной принадлежности, материальной обеспеченности и образовательного уровня в возрасте от 16 до 67 лет. Изучена информация о 412 родственниках первой степени родства, составивших родственные пары: родитель-ребенок 376, мать–сын 56, мать–дочь 132, отец-сын 56, отец-дочь 132, сибс-сибс 78, брат-брат 8, сестра-сестра 34, брат-сестра 36, муж-жена 112 пар, и 1323 неродственников (контрольная группа). Пробанды (основная группа) на момент обследования являлись «условно здоровыми», т.е. не состояли на диспансерном учёте по поводу хронических соматических, психосоматических, психоневрологических и психических заболеваний.

Данные для генетического анализа получены путём сбора генеалогических сведений и индивидуального тестирования методом многофакторного исследования личности [7], позволяющего определить шестнадцать первичных личностных факторов (соста