Бои без правил. Наказание детей

Игорь Татарский, психолог

В мире нет, наверное, ни одного человека, который не знал бы на собственной шкуре, что такое наказание. И также, видимо, нет человека, который бы хоть раз в жизни не наказал другого. Мы все знаем, что слова «наказание» и «казнь» одного корня. Наказывать или нет, бить или не бить — вот в чем вопрос. Насколько эффективно наказание как способ воспитания, как средство коррекции поведения ребенка (и не только ребенка)? В чем вообще смысл наказания?

Бои без правил: наказание детей

Считается, что наказание должно создать в голове у ребенка логическую конструкцию: будешь поступать плохо — будет больно, физически или душевно. Таким образом, наказание выступает как способ обучения. Помните, как в детстве нас учила крапива или оса? Было больно, но зато очень эффективно и этот урок мы помним всю жизнь. С другой стороны, мы всю жизнь помним не только все уроки, преподанные нам таким образом, но и ту боль, чувство стыда и беспомощности, которые при этом испытывали.

Практически каждый взрослый человек помнит, как его наказывали родители. Если хотите, можете проделать такой эксперимент: попросите любого взрослого вспомнить любую детскую обиду, связанную с наказанием. По нашим данным, средний взрослый человек 40–50 лет вспоминает свою детскую обиду за 7–10 секунд. Причем, вспоминает не только сам факт, но вновь переживает, конечно, в ослабленном виде, те негативные чувства, которые испытывал 30–40 лет назад. Даже его тело вспоминает мышечные напряжения, соответствующие разным наказаниям.

Березовая каша

«И вот, мой отец — Сидоров-старший, драл меня, Сидорова-младшего, как сидорову козу». (Из выступления А. Райкина).

Если обратиться к истории наказаний и, в частности, телесных, то можно смело утверждать, что, добиваясь послушания, детей били во все века и на всех континентах. Специалист по детской психологии Кристиане Бассиюни в статье «Когда ломается воля к автономии» пишет, что родители прошлых поколений были убеждены, что цель практического воспитания состояла в том, чтобы вынудить к покорности, подчинить детское «Я» посредством телесных наказаний. Считалось необходимым «выбить своенравие из ребенка». Далее она приводит пример, взятый из книги Ллойда де Моз «Вы слышите, как плачут дети?», дающий представление о частоте применения телесных наказаний в прошлом в Европе: «один немецкий школьный учитель подсчитал, что он нанес 911.527 ударов палкой, 124.000 ударов хлыстом, 136.715 ударов рукой и 1.115.800 пощечин. Описываемые в источнике удары были обычно тяжелыми, приводили к синякам и кровотечениям, начинали применяться в раннем возрасте и представляли из себя рутинный компонент жизни детей».

Вроде как, это было в прошлом. Работая над этой статьей, я наткнулся в интернете на заметку, относящуюся уже к нынешнему году: «Апелляционный суд провинции Онтарио постановил в середине января, что родители и учителя имеют право применять телесные наказания к детям, используя «разумную силу». При этом было оговорено, что нельзя бить детей моложе двух лет и подростков, использовать ремень или линейку, а также бить детей по голове».

Физическое наказание, как правило, является импульсивным, почти мгновенным ответом на проступок ребенка. Времени на обдумывание действий у родителя зачастую очень мало — ведь буря эмоций, которые его захлестывают, требует незамедлительной реакции. Родителю, который видит проступок ребенка, тоже больно, ему трудно терпеть эту боль, именно поэтому он действует так быстро.

«Родители обычно себя контролируют, когда хвалят ребенка, и почти бесконтрольны, когда его наказывают», — говорит психофизиолог, доктор биологических наук Е.И. Николаева.

К сожалению, наказывая ребенка физически, родители, находясь в возбужденном состоянии, не всегда могут соразмерить силу удара с возможностями ребенка этот удар вынести, что приводит порой к очень печальным последствиям.

Углология

Наказание иного рода — приказ встать «в угол», отказ от общения с ребенком, лишение игрушки, денег, всевозможные запреты, — как правило, и более обдуманны, и более длительны. В этом случае родителем движет не просто и не только чувство злости и мести, но и стремление повлиять на ребенка, на «причину», приведшую к плохому поведению, иными словами, родитель пытается «воспитывать». Иногда такого рода наказания сопровождаются «контрактами» типа «вот исправишь двойку в четверти, тогда играй на компьютере в эти дурацкие игры сколько хочешь».

Такое наказание, как молчание родителя, «пока не извинишься», часто может быть, по признанию самих детей, более сильным, изощренным и болезненным, нежели шлепок или подзатыльник, сделанный «в сердцах». Естественно, нефизические наказания чаще применяются к более взрослым детям — во-первых, родители считают такой вид наказания «апелляцией к разуму» своего «уже большого» ребенка, во-вторых, они уже более склонны щадить его самолюбие. Наконец, некоторые дети в 14–15 лет уже обгоняют по росту своих родителей и бить такого, с одной стороны, как-то не с руки, а с другой стороны, он, чего доброго, и ответить может… Да, наказание очень часто может спровоцировать ребенка, а особенно, подростка на протестное поведение, которое может проявиться в замкнутости ребенка, в побеге из дома, в «психологическом побеге» с помощью наркотиков, погружения с головой в компьютерные игры и т.п.

Однако, нам надо помнить, что любое наказание, являясь по сути энергетическим уда