Психология смысла

Реферат по курсу: «Методологические проблемы психологии» выполнила Ковалева Е. М.

Московский Государственный Университет имени М. В. Ломоносова

факультет психологии

кафедра психологии личности

Москва

2002

В большинстве общих толковых, философских и лингвистических словарей смысл определяется как синоним значения. Это относится не только к русскому слову «смысл», но и к его немецкому аналогу «sinn». В английском языке ситуация еще сложнее: русское «значение» и «смысл» переводятся одним «meaning», учитывая, что есть еще «sense», «commonsense», «tomakesense». Французское «sens», напротив, распространенно гораздо шире. Также, этимология этого понятия не совпадает в разных языках.

Изначальным историческим контекстом, где понятие смысла возникло как научное понятие, было изучение понимания текстов, а первой парадигмой – герменевтика. Она возникла как учение о толковании скрытых смыслов Священного писания, став постепенно учением о понимании скрытых смыслов в более широком контексте.

Первое значимое понимание смысла мы обнаруживаем у Матиаса Флациуса Иллирийского (16 век). Он предложил разрешение одной из главных дилемм герменевтики, ведя различение значения и смысла (слово, текст т.п. имеют одно значение, но контексты могут иметь разные смыслы).

Дальнейшее развитие проблема получила в конце 19 – начале 20 века в науках о языке – лингвистике, семиотике и логической семантике.

Существуют две различные традиции использования понятия «смысл»: смысл как синоним значения, и как оппозиция значению.

Родоначальником оппозиции «значение-смысл» принято считать Готлиба Фреге. В своей классической работе «Смысл и детонат» он пишет, что детонат, или значение – это та реальность, которую обозначает или суждение, о которой высказывает текст (знак); смысл – это способ задания детоната. Также К. И. Льюис различает языковое и смысловое значение. Смысл он определяет более широким контекстом.

По-иному расставляются акценты во французской школе анализа дискурса. Специфика данного подхода заключается в анализе взаимосвязи дискурса и идеологии, т.е. тексты приобретают смысл только в конкретной исторической ситуации

При различии трактовок смысла в контексте проблемы понимания текстов, можно выделить общее: в отличие от значения, смысл всегда указывает на замысел, задачу, интенцию.

Вторым исторически контекстом стала проблематика феноменологического анализа сознания.

В работах основателя феноменологического направления Э. Гуссерля проблема соотношения значения и смысла неоднозначна: четкое их различение отсутствует, и иногда эти два понятия употребляются синонимично, иногда не совсем. По Гуссерлю, нам является не мир или часть его, а «смысл» его. Источником, приписывающим смысл вещам, является сознание, упорядоченный опыт. Именно наше бытие и жизнь нашего сознания придают миру смысл. Гуссерль выделяет два направления феноменологического анализа: ноэтическое, или описание акта переживания, и ноэматическое, или описание того, что пережито. Под ноэзисом понимается направленность сознания на объект, под ноэмой – сам объект как носитель смысла.

Подробнейший анализ переживания в этих понятиях дан учеником Гуссерля Г. Шпетом. Констатируя, что у Гуссерля понятия «смысл» и «значение» употребляются как равноценные, Шпет со своей стороны обосновывает их несовпадение: смысл явления заключает в себе правило раскрытия вещи в ее бытии. Также Шпет вводит понятие «внутреннего смысла», благодаря которому в нас возникает чувство собственного места в мире.

К пониманию смысла как сущности вещей склоняется и другой ученик Гуссерля, М. Хайдеггер, который называет смыслом то, что артикулируется в языке и речи. Смысл проявляется или строится в пространстве сознания, является феноменом сознания. Мир предстает как глобальный смыслообразующий контекст.

Если Шпет и Хайдеггер используют смысл в контексте проблемы познания внешней реальности, то Ясперс, еще один прославленный ученик Гуссерля, говорит о смысле как о понятии, характеризующем взаимосвязь психических явлений в душевной жизни человека, в его личном мире. Смысл – предмет не объяснения, а понимания: прежде чем понять саму душу, мы должны понять этот смысл.

Ж.-П. Сартр, испытавший сильное влияние Гуссерля и Хайдеггера, говорит об аффективном смысле как о чувстве, возникающем в процессе восприятия некоторого объекта. Более общее представление Сартр дает в своей книге «Бытие и ничто»: смысл – это феномен бытия, этот смысл сам обладает бытием, на основании которого он обнаруживается. В более поздних работах Сартр обращается к постижению смысла человеческих поступков через понимание.

Крупнейший представитель французского экзистенциализма М. Мерло-Понти в своих работах «Структура поведения» и «Феноменология восприятия» вводит понятие смысла как основного организующего принципа поведения живых систем. Среди переменных, от которых зависит поведение, ему видится смысловая связь. Подобно Хайдеггеру, Шпету, Сартру и Ясперсу, для Мерло-Понти смысл явления выводится из его интенциональной направленности.

Третий контекст связан с проблематикой экзистенциального смысла человеческого бытия.

П. Тиллих в своей наиболее известной работе «Мужество быть» отмечает, что человек есть человек лишь потому, что обладает способностью понимать и формировать свой мир и самого себя в соответствии со смыслами и ценностями. Человек живет «внутри» смыслов