Жизненные ценности одиноких матерей

В России в последние десятилетия число детей, рожденных вне брака, выросло почти в три раза по сравнению с началом 1970‑х гг. Внебрачную рождаемость нельзя считать чисто российским феноменом подобная тенденция наблюдается во многих европейских странах, где доля таких рождений превышает 30%, а в некоторых – 50% и выше.

Сегодня важно понять суть происходящего, выявить закономерности и механизмы, лежащие в основе этого относительно нового демографического явления, а главное, уяснить природу репродуктивного поведения женщин, предпочитающих иметь детей вне зарегистрированного брака. Ведь показатели рождаемости в большой степени зависят от репродуктивных действий и поступков людей, регулируемых их представлениями, установками, мотивами в сфере деторождения. Современные объяснения процессов рождаемости уже немыслимы без обращения демографов к социальной природе внебрачной рождаемости с позиций репродуктивного поведения одиноких матерей.

Изучение жизненных ценностей женщин, родивших детей вне брака, представляется существенно важным, поскольку любое социальное поведение человека немыслимо без выяснения его ценностно-смысловых ориентации, являющихся важнейшим внутренним содержанием личности, определяющим ее поведение и отношение к окружающему миру. В работе анализируются семейные ценности одиноких матерей.

Интерес к данной проблеме вызван тем, что реальная модель репродуктивного поведения одиноких матерей – рождение вне брака, представляет собой, на первый взгляд, ориентацию на внесемейный образ жизни, падение ценности семьи в сознании незамужних матерей, возможно, даже ее кризис. Действительно ли это так? Результаты социологических опросов последних лет показывают, что семья, дом, семейный образ жизни занимают ведущее место в иерархии материальных и духовных ценностей россиян.

Данные, положенные в основу статьи, были получены на выборке из 150 незамужних женщин, имеющих внебрачных детей в возрасте до семи лет. Эта группа не является однородной, внутри нее мы выделили две возрастные подгруппы: младшая репродуктивная группа и старшая репродуктивная группа. В ходе опроса женщинам предлагалось последовательно проранжировать 19 наименований терминальных ценностей в порядке убывания от наиболее предпочитаемых к наименее предпочитаемым. Иерархия ценностных ориентации, полученная в исследовании, выглядит следующим образом.

Неожиданным представляется расхождение в оценке ценности «дети»: ее значимость у матерей старшей возрастной группы существенно ниже по сравнению с молодыми. Казалось бы, данное соотношение должно быть обратным. По мнению исследователей, зрелое материнство свидетельствует о серьезном и сознательном решении родить внебрачного ребенка. Оно предполагает, что в иерархии ценностей ребенок должен занимать приоритетное место. Однако полученные результаты не подтвердили этого. Возможным объяснением такого поведения женщин старшей возрастной группы могут быть мотивы, побудившие их к рождению ребенка. Женщина осознает значимость материнства и стремится соответствовать этим ожиданиям. Однако рождение ребенка не влечет за собой повышения их значимости в ценностной структуре зрелых матерей. Ребенок «не перевесил» такие внесемейные ценности как «интересная работа» и «материально обеспеченная жизнь», т.е. женщины старшей возрастной группы не вносят изменений в свою жизнь с рождением ребенка и продолжают реализовывать свои профессиональные и прагматические интересы. Несмотря на то, что ценность детей в старшей группе занимает пятое место, уступая «интересной работе» и «материально обеспеченной жизни», ее среднеарифметическое значение по группе отличается крайне незначительно: 5,2 – интересная работа и 5,3 – дети. Различие с последующей ценностью «хорошее образование» также минимально: 5,3 и 5,4. Таким образом, в сознании зрелых матерей значимость ценностей «хорошее образование» и «интересная работа» сопоставима с ценностью ребенка, т.е. для них они оказываются практически равноценными, а внесемейные успешно конкурируют с ценностью «дети». Неожиданными оказались результаты ранжирования ценностей в младшей репродуктивной группе. Принято считать, что рождение детей у молодых матерей есть результат случайных легкомысленных связей, раннего вступления в сексуальную жизнь. Подобная характеристика репродуктивного поведения плохо согласуется с выявленной высокой ценностью детей у этой категории матерей. Имея возможность выбора между прерыванием и сохранением беременности, они предпочли второе. На этом акцентируем особое внимание, поскольку в России число внебрачных зачатий значительно выше числа внебрачных рождений, и лишь часть из них приводит к рождению ребенка вне брака. Немалая же доля заканчивается искусственным прерыванием беременности, число которых весьма велико.

Женщины, сделавшие свой выбор в пользу ребенка, в большей или меньшей степени изначально были ориентированы на семейные ценности и в их ценностно-смысловой сфере дети занимали достаточно высокое место. Решение о рождении внебрачного ребенка молодыми матерями принималось в атмосфере неприятия, или, по крайней мере, предубеждения общественного мнения против незамужних молодых матерей. Что касается зрелого материнства, то к таким будущим мамам общество более снисходительно.

Рождение ребенка побуждает женщину к серьезным личностным изменениям. Однако возникает вполне закономерный вопрос: почему материнский статус не перестроил ценностную иерархию зрелых матерей? Вероятно, решающим фактором, ха