Региональные внешние эффекты клубного блага в повышении качества жизни населения

Региональные внешние эффекты клубного блага в повышении качества жизни населения

В экономической науке уделялось значительное внимание теории клубов [6] и производимых ими клубных благ, относящихся к смешанным общественным благам, поскольку в отличие от чистого блага является исключаемым общественным благом, благом совместного потребления с избирательностью, альтернативностью его использования и убыванием его потребления. Смешанное благо может быть объектом купли-продажи, т.е. быть платным. Мотивом для создания клуба является производство с помощью этого клуба коллективного блага, потребление которого увеличивает значение функции полезности агента (агентов). Однако производить это коллективное благо можно в разных объёмах, осуществляя большие или меньшие затраты. В принципе каждый член клуба имеет своё понимание, в каком объёме и какими затратами следует производить коллективное благо. Это понимание базируется на его функции полезности и задаче её максимизации. Поэтому требуется коллективное решение об объёме производства и затратах. Это коллективное решение может приниматься различными способами, а конкретный способ фиксируется в уставе клуба.

Численность потребителей клубного общественного блага возможно увеличивать до тех пор, пока переполнение, обусловленное приёмом последнего «члена клуба», не приведёт к уменьшению выгод для других его членов, которое будет уравновешено снижением издержек, вследствие участия нового члена в финансировании затрат. В случае, когда численность пользователей задана, количество предлагаемого для потребления блага должно увеличиваться до тех пор, пока предельные затраты индивида на получение этого блага не уравновесят его предельную полезность.

В ситуации, изображённой на рисунке 1, видно, что если численность пользователей не достигает Na, то им невыгодно потребление данного блага. Наиболее выгодной является численность пользователей в промежутке между Na и Nd, так как только при таком числе потребителей полезность, доставляемая благом индивиду, перекрывает его затраты на получение данного блага.

Рис. 1. Индивидуальные выгоды и издержки потребления клубного блага [1, c. 37]:

N – численность потребителей; B – выгоды в денежном выражении;

С – затраты потребителя в денежном выражении; Y – денежный масштаб

Здесь следует обратить внимание на несовпадение определённого таким образом диапазона с интервалом N*N**, в рамках которого выгоды, оцениваемые без учёта издержек, максимальны. Вместе с тем, внутри диапазона NaNd разной численности потребителей соответствуют, конечно, неодинаковые соотношения индивидуальных затрат и выгод, поэтому для достижения оптимума необходимо оценить предельные значения этих величин.

Агенты образуют институт, в данном случае, клуб, не ради увеличения значения функции полезности из-за прироста частных благах (как в фирме), а для увеличения этих значений с помощью производства коллективных благ. Участие в институте (клубе) и есть потребление коллективного блага.

Отличительной особенностью клуба, ставшей причиной его удивительной выживаемости и популярности, является то, что он, во-первых, постоянно трансформируется с течением времени и изменением обстоятельств, во-вторых, чрезвычайно разнообразен, способен учитывать и удовлетворить запросы и интересы самых разнообразных категорий населения, слоёв общества.

Как известно, клубные блага являются предметом рассмотрения экономикой общественного сектора, которой в свою очередь, по мнению Г.А. Ахинова и Е.Н. Жильцова, имманентно присущ ярко выраженный историзм [3, c. 7]. Историческое развитие цивилизации и государств, как известно, происходит не линейно, а циклично, по спирали. Оно характеризуется сменой периода господства общественных интересов на периоды с ориентацией на частные интересы, ухода в частную жизнь. Каждый поворот цикла исторического развития находит отражение в смене теоретических взглядов о роли государства и общественных институтов в экономической жизни общества.

Индустриальная эпоха (и связанный с ней переход от натурального хозяйства к формированию урбанизированного образа жизни), возникшая на рубеже XVIII и XIX вв., положила начало длительному историческому циклу приоритета частного интереса через «невидимую» руку рынка. Эта эпоха стала эпохой господства идеологии микроэкономики и парадигмы подхода к человеку как к экономическому человеку, не как к цели, а как средству общественного развития.

Рубеж в истории российской модернизации – реформы 60–70-х гг. XIX в. – обусловил появление заимствованной извне клубной формы организации досуга так называемой клубной общественности – дворянской, купеческой, интеллигентской, а в начале XX в. и рабочей.

Предпосылки для появления в России клубов были созданы преобразованиями Петра I и их последствиями, в том числе расширением контактов со странами Западной Европы и освоением их культурного опыта. В том, что касается клубов, это был в первую очередь британский опыт.

Клубы, в современном понимании этого слова, появились в Англии в конце XVI в. как небольшие объединения, однородные по составу участников, создаваемые для общения и отдыха на добровольной постоянной основе. Клубы помогали своим членам ориентироваться в городской жизни, адаптироваться к новой обстановке. В клубы объединялись все, кому имущественное положение позволяло оплачивать клубные услуги, – не только знать, купцы и лица свободной профессий, но также ремесленни