XVII Российской металлургии

XVII век для российской металлургии стал переломным. К этому столетию относятся два важных сдвига. Во-первых, возникает доменное производство, и, как следствие, появляются относительно крупные предприятия, "заводы". Во-вторых, металлургия становится сферой государственного предпринимательства, и эти относительно крупные горно-металлургические "заводы" сразу же оказываются под контролем казны.

Доменное производство родилось в Западной Европе в XIV— XV веках, в разных странах в разное время, и стало одним из главных событий перехода к мануфактурному периоду. Возникновение этого производства потребовало определенных оговорок в традиционном определении мануфактуры. В принципе мануфактура в отличие от фабрики основана на ручном труде, без машин. Промышленный переворот, т. е. переход от мануфактуры к фабрике, — это переход от ручного труда к машинам, механизация. Но доменный процесс невозможен без механического дутья, без мехов, приводимых в движение от водяного колеса. В железоделательных "заводах" мануфактурного периода железо ковали также не вручную, а посредством механических молотов, приводимых в движение от того же водяного колеса. Поэтому приходится оговориться, что в мануфактуре машины все же использовались, но это были машины, действующие силой человека, рабочего скота и падающей воды. Требуется и еще одна оговорка. Слово "завод" мы до сих пор брали в кавычки, потому что в настоящее время заводом принято называть предприятие фабрично-заводского типа. Но в те времена, о которых идет речь, металлургические предприятия принято было называть именно заводами (от слова "заводить", "заведение") и даже несколько противопоставлять их мануфактурам. Поэтому в дальнейшем слово "завод" мы будем употреблять уже без кавычек.

Согласно полулегендарной версии, переход к выплавке чугуна начался с недоразумения. Когда к мехам, нагнетавшим воздух в железоплавильную печь, подключили водяное колесо, ток воздуха в печь усилился, температура повысилась, и вместо тестообразной массы из печи потек жидкий чугун. Поскольку его нельзя было расковывать молотами, не знали, что с ним делать, и называли "свинским железом". В некоторых языках это называние за ним так и осталось (например, pig-iron в английском). Потом обнаружили, что если строить большие доменные печи, а потом переделывать чугун на железо, то можно получить больше металла, причем с меньшими затратами, чем при прежнем кричном способе. Впрочем, в России железоделательные цехи и теперь нередко называли "кричными", хоть с крицами они дела уже не имели.

Переход к доменному производству означал не только изменение технологии. Доменная печь, плотина, необходимая для вододействующих механизмов, резкое увеличение массы необходимого сырья и численности занятых рабочих — все это требовало значительных затрат и оказывалось непосильным для кустарного производства. Поэтому переход к доменному процессу означал переход от кустарного производства к относительно крупным предприятиям. К тому же продукция при этом получалась дешевле, и кустарные промыслы не могли выдержать конкуренции с крупными предприятиями. Поэтому в Западной Европе переход к доменному процессу означал переход к капиталистическому производству.

Именно крепостнические отношения и были тем инструментом, который позволил приспособить мануфактуру к потребностям феодального общества. И это приспособление на длительный срок оттянуло крушение феодально-крепостнической системы. Наиболее интенсивно развивались при Петре I, да и в течение всего крепостного периода две отрасли промышленности — металлургическая и текстильная. Толчком к развитию металлургии послужила Северная война (1700—1721 гг.).

Положение осложнялось тем обстоятельством, что железо Россия покупала именно у Швеции, против которой теперь велась война. Поневоле пришлось переливать колокола на пушки. С Урала металл пока не поступал. Продукция его домниц потреблялась на месте. На заводах Подмосковных и Олонецких к 1700 году действовало 9 домен, выплавлялось в год 150 тыс. п. чугуна и 50 тыс. п. железа. Кроме того, по очень приблизительным данным, кустари в домницах готовили еще 150—200 тыс. п. железа [3, с. 139].

В первую очередь правительство старается форсировать производство металла в районах, где уже были металлургические заводы, в районах, расположенных близко к театру военных действий и центрам производства оружия. Строятся новые заводы в Тульско-Каширском, Олонецком и в новом металлургическом районе — Липецком. До 1720 года основная масса чугуна выплавлялась именно здесь. Только с 1720 года Урал стал давать половину российского чугуна, а к 1725 году его доля выросла до 73%,

Каждый из перечисленных районов обслуживал свой центр производства оружия. Таким центром Тульско-Каширского района было тульское оружейное производство. Сначала это производство увеличивалось путем вовлечения все новых людей в состав казенных оружейников, и их численность выросла со 196 человек в 1695 г. до 1161 человека в 1720 г. А с 1718 г. в Туле стал действовать казенный оружейный завод. Это была рассеянная мануфактура: основные работы выполнялись по домам оружейников, и только операции, требовавшие повышенного технического уровня (высоких температур, большой ударной силы), концентрировались в стенах завода [44, с. 50]. Тула стала главным центром производства ручного огнестрельного оружия в России.

Первым основателем новых ме