Особенности поэтики романа М.А.Булгакова «Белая гвардия»

: изобразительно - выразительная функция цвета

С. В. Храмцова

«Белая гвардия» − первый роман М. Булгакова о гражданской войне. Для писателя это событие было не только историческим, определившим коренной перелом в русской жизни, но и перевернуло его жизнь. Эта катастрофа сформировала М. Булгакова как человека и художника. Отличительной чертой стиля «Белой гвардии» является «наивное доверие к бытию, удивительная незащищенность, ненарочитая и всегдашняя детскость восприятия жизни» [6. С. 333]. Непосредственность, «детскость» восприятия жизни всегда очень субъективна и предельно эмоциональна. Часто эмоции, ощущения нельзя точно передать словом. И поэты, по словам Ф. Сологуба, прибегают к «понятию цвета потому, что испытываемые ими волны неведомых ощущений более всего приближаются по количеству колебаний к данному цвету» [5. С. 220].

Конкретный цвет окружен ассоциативным ореолом. «Выразительные цветовые сочетания несут в себе отголоски человеческих чувств, настроения, динамику чувств, несут в себе, однако, и нечто иное − элементы познания жизни, особо важные для человека» [4. С. 129]. Поэтому в «Белой гвардии» концептуальную функцию выполняют цветовые эпитеты, образованные как при помощи прилагательных, так и посредством субстантивированных существительных. 1. Цветовые эпитеты используются М.Булгаковым для создания портретов персонажей на основе психологических и физиологических наблюдений (традиции психологической прозы XIX века).Красный и белый − обычно главенствующие цвета в литературных произведениях при изображении человека. У М. Булгакова красный составляет половину всех упоминаний при изображении человеческих лиц и несколько меньше − белый. Цветовые пятна емко и выразительно передают главные черты характера героев, их эмоциональное состояние в определенный момент времени. Необычайно широка амплитуда психологической выразительности красного и розового цвета в романе. Прежде всего, надо отметить, что у М. Булгакова практически нет случаев использования красного и розового как мажорного, как цвета здоровых, веселых людей. Чаще всего этой краской «пишутся» лица смущенных и взволнованных героев. Так Елена, ожидающая мужа, «розовеет» от радости скорого свидания при звонке в дверь: «− Слава Богу, вот и Сергей, − радостно сказал старший.

— Это Тальберг, − подтвердил Николка и побежал отворять. Елена порозовела, встала» [1. С. 69]. Еще чаще красный появляется в облике рассерженных, охваченных гневом людей. Полковник Малышев, отдавая приказ о роспуске юнкеров, наталкивается на возражения капитана Студзинского. «Господин полковник тут же, и очень быстро обнаружил новое свойство − великолепнейшим образом сердиться. Шея его и щеки побурели, и глаза загорелись» [1.С. 127]. Малышев отчитывает капитана, а тот «загорается» ответной обидой и раздражением. «И тут оба выпятились друг на друга. Самоварная краска полезла по шее и щекам Студзинского, и губы его дрогнули» [1. С. 128]. Красный для М. Булгакова в облике человека еще и признак вульгарности, грубости и животности. Отвратителен ординарец Козыря-Лешко, полковника петлюровской армии: «Но слово распухло, влезло в хату вместе с отвратительными красными прыщами на лице ординарца <...> Воняло махоркой от владельца красных прыщей, полагавшего, что курить можно и при Козыре...» [1. С. 145]. Повтор и одновременно эмоционально-оценочный эпитет «отвратительные» «рисует» нам портрет уже не только с оттенком иронии, но с явной антипатией к этому персонажу.

Румяное лицо у одного из грабителей Василисы: «Румяный гигант ничего не сказал, только застенчиво посмотрел на Василису и искоса, радостно − на сияющие галоши» [1. С. 239]. Румяное лицо в данном случае говорит не столько о здоровье и силе гиганта, сколько о его глупости или идиотизме. Подобное использование цвета можно встретить у Ф.М. Достоевского. Например, у Лизаве-ты Смердящей из «Братьев Карамазовых»: «Двадцатилетнее лицо ее здоровое, широкое и румяное было вполне идиотское» [3. С. 217].

2. С помощью цветовых эпитетов Булгаков «маркирует» героев, передает их сущностные характеристики. Белый при изображении обитателей тур-бинской квартиры прежде всего ассоциируется с аристократической красотой: «... голова Виктора Викторовича Мышлаев-ского <...> была очень красива, странной и печальной и привлекательной красотой давней, настоящей породы и вырождения. <...> Нос с горбинкой, губы гордые, лоб бел и чист...» [1. С. 60]. Эпитет «белый», обозначающий чистоту и красоту, был широко распространен в народных песнях. У М. Булгакова этот цвет наполняется новыми смыслами при изображении человеческих рук. В каноническом тексте «Белой гвардии» расстроенный и растерянный Алексей Турбин приходит за поддержкой к отцу Александру. Отец Александр говорит «конфузливо», и даже не говорит, а «бормочет». «Потом вдруг положил белую руку, выпростав ее из темного рукава ряски, на пачку книжек и раскрыл верхнюю, там, где она была заложена вышитой цветной закладкой. − Уныния допускать нельзя, − конфузливо, но как-то очень убедительно проговорил он» [1. С. 53]. А в ранней редакции Алексей Турбин, сбежав от петлюровцев, вернулся домой, и первое время в квартире ждали, что придут с обыском. Но время шло, никто не появлялся, и все стали успокаиваться. М. Булгаков подчеркивает, что ощущение покоя исходит от рук Елены: «Пуховый платок обнимал Елену, и белые ее руки лежали на зеленой равнине стола, и Шервинс