Епифаний Премудрый

Кириллин В. М.

Перу Епифания Премудрого, по-видимому, принадлежит немало. Он был автором посланий к разным лицам, панегирических текстов, жизнеописателем своих выдающихся современников, участвовал в работе над летописанием. И можно полагать, играл заметную роль в жизни русского общества конца XIV - первых двух десятилетий XV в. Но о жизни этого замечательного древнерусского писателя известно только по его собственным сочинениям, в которых он оставил автобиографические сведения.

Первые свои шаги на поприще духовного служения Епифаний сделал во второй половине XIV в. в Ростовском монастыре св. Григория Богослова, "нарицаемом Затворе близ епископии". Этот монастырь был известен богослужением на греческом языке параллельно с церковнославянским, а также своей богатой библиотекой, в которой, помимо славянских, содержались и греческие книги: "книги многы бяху ту доволны". Так что Епифаний изучил здесь греческий язык и хорошо усвоил библейские, святоотеческие и агиографические тексты. Широта образованности Епифания хорошо охарактеризована В. О. Ключевским: "По цитатам в трудах его видно... что он читал хронографы, палею, лествицу, патерик и другие церковно-исторические источники, также сочи-нения черноризца Храбра. В житии Сергия он приводит выдерж-ки из житий Алимпия и Симеона Столпников, Федора Сикста, Ефимия Великого, Антония, Феодора Едеского, Саввы освящен-ного, Феодосия и Петра митрополита по редакции Киприана; наконец, характер изложения обличает в Епифании обширную начитанность в литературе церковного красноречия". Надо думать, свои книжные знания Епифаний укрепил также личными впечатлениями, побывав в Константинополе, на Афоне и в Святой Земле. Наконец, большую роль в деле его образования сыграло общение с будущим святителем Пермским Стефаном, также подвизавшемся в Григорьевском монастыре.

Вероятно, в 1380 г. Епифаний оказался в Троицком монастыре под Москвой в качестве "ученика" тогда уже знаменитого на Руси подвижника Сергия Радонежского. Здесь он, будучи грамотником, занимался книгописной деятельностью. Так, в собрании рукописей Троице-Сергиевой лавры сохранился написанный им Стихирарь - ГБЛ, собр. Тр.-Серг. лавры, № 22 (1999), содержащий ряд приписок с его именем. После смерти своего духовного наставника в 1392 г. Епифаний, видимо, перебрался в Москву на службу к митрополиту Киприану. Тогда же он начал собирать биографические материалы о Сергии Радонежском и посвятил этому, по собственному признанию, два десятилетия, прежде чем осмелился приступить к составлению его жизнеописания. По-видимому, более споро пошла у него работа по составлению агиобиографии Стефана Пермского, которую он закончил вскоре после смерти последнего (1396). В Москве Епифаний близко сошелся с Феофаном Греком, часто с ним встречался, наблюдал за его работой и беседовал с ним на разные темы. Когда в 1408 г. на Москву напал хан Едигей, Епифаний бежал в Тверь. Здесь он подружился с архимандритом Спасо-Афанасьева монастыря Корнилием, в схиме Кириллом, с которым впоследствии переписывался и в одном из своих посланий (ГПБ, Солов. собр., "№ 1474/15, XVII-XVIII вв., л. 130-132) весьма высоко отзывался о мастерстве и работах Феофана Грека, его уме и образованности. В этом послании, между прочим, Епифаний и себя называет "изографом". В 10-е годы XV в. Епифаний уже определенно вновь поселился в Троице-Сергиевом монастыре, заняв, по отзыву Пахомия Логофета, высокое положение среди братии монастыря: "бе духовник в велицей лавре всему братству". В 1418 г. он закончил работу над Житием Сергия Радонежского, после чего, спустя какое-то время, умер. Видимо, это произошло, до 1422 г., когда были открыты нетленные мощи преподобного Сергия, поскольку об этом ничего не сообщается в созданном Епифанием Житии.

Епифанию Премудрому можно атрибутировать с разной степенью достоверности несколько дошедших до нашего времени произведений. Но наиболее бесспорным его сочинением является "Слово о житии и учении святого отца нашего Стефана, бывшаго в Перми епископа". Временем его создания принято считать рубеж XV столетия. Иными словами, оно было написано вскоре после смерти Стефана. Произведение сохранилось как в полном, так и в кратком виде. Древнейший список - ГПБ, собр. Вяземского, .№ 10 - датируется 1480 г.. Всего же ныне известно порядка пятидесяти списков XV-XVII вв. В XVI в. "Слово о житии и учении" было включено в Великие Минеи Четий митрополита Макария под 26 апреля (Успенский список: ГИМ, Синод, собр., № 986, л. 370-410).

"Житие Стефана Пермского" - удивительное литературное произведение, прежде всего, в отношении литературного мастерства его автора. Композиционно оно состоит из введения, основного повествования и нарочито риторического завершения, хотя на самом деле риторизмом пронизан весь текст "Жития", от первой до последней строчки, не случайно оно и названо "Словом". Это может быть объяснено, в частности, особым настроением автора. Ведь благодаря святителю Стефану русская Церковь впервые за всю свою историю выступила в учительно-апостольской роли по отношению к иноязычному народу, сравнявшись таким образом с Византийской Церковью, которая в лице свв. Кирилла и Мефодия сыграла подобную же роль по отношению к славянству.

В предисловии Епифаний традиционно отзывается о себе как о "худом и недостойном убогом иноке". Он также отмечает, что взялся за труд над "Житием