Экфрасис в прозе Б. А. Лавренева

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Филологический факультет

Кафедра истории русской литературы

Воронцова Юлия Олеговна

Экфрасис в прозе Б. А. Лавренева

Выпускная квалификационная работа

Бакалавра филологии

Научный руководитель: к.ф.н., доцент Григорьева Людмила Павловна

Рецензент: к.ф.н., доцент Петров Александр Родионович

Санкт-Петербург

2010

Содержание

Введение ………………………………………………………….………....С. 3

Глава I. Особенности экфрасиса в прозе Бориса Лавренева.

1.1. Экфрасис в контексте творчества Лавренева…………..……..С. 11

1.2. Функции скульптурного экфрасиса в прозе Лавренева……..С. 15

Глава II. Художественный экфрасис в прозе Лавренева………………….С. 26

Заключение …………………………………………………………..………С. 42

Библиография……………………………………………………………… С. 44

Введение

Темой дипломной работы является экфрасис в прозе Б. А. Лавренёва.

Цель данной работы - описание и анализ экфрасиса в прозе Б.А. Лавренева, его функционирования в пределах отдельного произведения и в контексте всего творчества. Мы бы хотели выяснить, находят ли отражение в экфрасисе факторы, выходящие за рамки литературного повествования.

Экфрасис, словесное описание произведений изобразительного искусства, появился ещё в античности, самым ранним примером принято считать различные описания в гомеровской «Илиаде». Со временем характер его менялся: в раннем христианстве снизился престиж живописи и скульптуры, художник стремился не описать, а выявить тайный смысл. В эпоху возрождения экфразы должны были быть максимально приближены к своему прототипу. Барочный экфрасис, как и средневековый, отличался свободным обращением с предметом искусства. В русской литературе он появился ещё в жанре хожений, играл важную роль в творчестве писателей-романтиков, новая волна интереса к экфрасису как к синтезу различных искусств началась в конце XIX века[1] .

Появившиеся в XX веке работы расширили семантику термина экфрасис, сделав его неоднозначным. Объектом исследований становились произведения различных периодов, направлений и жанров. Своременные исследователи, опираясь на классические работы Г.Э. Лессинга[2] и Р. Якобсона[3] и др. (Г.Э. Лессинг уделяет большое внимание соотношению изображения одного и того же объекта в скульптуре и литературе, отмечая различные способы их воздействия на читателя. Р. Якобсон анализирует образ статуи в поэтике Пушкина, рассматривая отношения экфрасиса как знака к обозначаемому объекту), разработали теорию экфрасиса. Образцом исследования скульптурного экфрасиса в русской литературе является работа Ю.В. Манна[4] .

Л.И. Таруашвили описал процесс построения и структуру визуального образа в экфрасисе (на материале античности и христианской Европы)[5] .

Н.Г. Морозова анализирует экфрасис в русской прозе XIX-XX века, описывая его функции и способы выражения в творчестве различных авторов. Она выделяет три основные функции экфрасиса (эмоционально-экспрессивную, характеризующую и сюжетообразующую) и исследует значение каждой из них. В ее работе приводятся доказательства того, что полифункциональность экфрасиса обусловлена активной внутритекстовой позицией картины[6] . Типологией экфрасиса в русской литературе XXвека занимается также Е. Берар[7] .

Р. Барт расчленяет изображение на составные элементы, исследует их по отдельности в связи друг с другом, чтобы уяснить структуру изображения в его целостности[8] .

Исследования Ю.М. Лотмана посвящены структурно-семантическим аспектам портрета в литературе, его функционированию на разных уровнях текста[9] . К этой же проблеме обращается и В.Н. Топоров[10] .

Исследованиям экфрасиса, его различным видам, истории изучения, функционированию в произведении, структурным особенностям посвящены работы Л. Геллера. Он пытается сформировать единый подход к пониманию экфрасиса: «…Надо серьёзно пересмотреть общепринятый подход к экфрасису как к «копии второй степени». Такой подход снимает проблематичность акта копирования»[11] . Л. Геллер полемизирует с Лессингом, опровергая мнение о плоскости и статичности картины и вторичности экфрасиса. Л. Геллер подытоживает свою работу выводом о разноплановости экфрасиса: «Оказалось, что экфрасис может быть принципом : религиозным – приглашением-побуждением к духовному видению как высшему восприятию мира и восприятию высшего мира, и вместе с тем – принципом сакрализации художественности как гарантии целостности восприятия; философско-эстетическим – утверждением красоты обозреваемого и прекрасного как материализации зримого и гармонии пространственных отношений; эпистемологическим или эвристическим – не просто интерцитатности, но переводимости – метафоричности – искусств; семиотическим – стремлением знака к естественности, к преодолению своего статуса знака и знакового статуса; культурно-историческим – обменом информацией «поверх барьеров», через хроно-топографические границы <…>»[12] , а также принципом межтекстовым, поэтическим, текстовым и тропологическим.

В последнее время усилился интерес к исследованию природы «сакрального» экфрасиса в русской литературе. И. Есаулов указывает на отражение иконической традиции в изображениях русских писателей[13] . Р. Мних на примере творчества Анны Ахматовой описывает природу экфрасиса как сакрального

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать