Развитие внутреннего контроля и управления рисками в публичных компаниях при работе на открытых рынках

Эффективность рынка, согласно одноименной гипотезе, зависит от степени доступности информации для его участников. Неравные возможности доступа к информации, а значит, и разные сроки ее анализа создают благоприятные условия для получения спекулятивных доходов и препятствуют долговременным финансовым вложениям. Степень рисков, сопряженных с инвестированием, обратно пропорциональна скорости получения и интерпретации соответствующей информации. Одним из факторов, определяющих привлекательность рынка для инвестора, являются требования, обязующие эмитента раскрывать отчетную информацию. Данные требования могут быть как внутренними, сформулированными менеджментом в целях повышения инвестиционной привлекательности, так и внешними (публичными), исходящими от профильных регуляторов (бирж, правительственных организаций, регулирующих биржевую, инвестиционную и отраслевую деятельность). Назначение публичной отчетности – предоставлять информацию, которая позволяет всем заинтересованным лицам принимать обоснованные экономические решения.

Мировой финансовый кризис выявил недостатки существовавших требований регуляторов к публикуемой отчетности. Ряд публичных компаний, предоставлявших «хорошую» (в плане показателей) и соответствующую требованиям отчетность, впоследствии оказались на грани банкротства. В отношении публичной отчетности этих компаний (опять же согласно требованиям регулирующих органов, например Комиссии по ценным бумагам и биржам (Securities and ExchangeCommission, SEC)) было выпущено положительное заключение крупнейших и наиболее авторитетных консультационно-аудиторских компаний. К примеру, аудит банковской группы MerrillLynch проводила Deloitte & ToucheLLP, внешним аудитором финансово-страховой группы AIG с 2000 г. является PricewaterhouseCoopers [14], в банковской группе Citigroup аудит проводила компания KPMG LLP [6], внешний аудитор банка Colonial Banc Group – все та же PricewaterhouseCoopers.

В настоящий момент реформирование принципов регулирования процедур, касающихся ведения публичной отчетности, является одной из важнейших мер, направленных на предотвращение финансового кризиса в будущем. Заинтересованность российских компаний в иностранных инвестициях вынуждает их формировать отчетность в соответствии с международными стандартами – МСФО для ЕС и Общепринятыми принципами бухгалтерского учета (ОПБУ), используемыми в США. На этом основании можно заключить, что российские компании, ценные бумаги которых торгуются на площадках США, ЕС, а также отечественные организации, привлекающие иностранное финансирование, будут вынуждены считаться с процессом реформирования. К тому же российские стандарты и практика регулирования развиваются в аналогичном направлении, поэтому описываемые инструменты внутреннего контроля и риск-менеджмента актуальны и для российских компаний, не связанных с иностранными инвестициями.

Современные требования, касающиеся степени раскрытия информации и ответственности руководителей и владельцев компаний за достоверность и объективность публичной отчетности, сформировались во многом под давлением общественности, активизировавшейся после оглушительных скандалов начала века, когда пошатнулись устои финансовых рынков Запада. Ослабла вера частных инвесторов в способность руководства публичных компаний обеспечить гарантированный возврат средств и эффективное их использование в целях увеличения капитализации компаний.

Рассмотрим вкратце банкротства, имевшие наибольший общественный резонанс.

Банкротство Enron. Enron была основана в 1985 г. и стала первой компанией, обладающей всеамериканской сетью газовых трубопроводов. Руководство компании имело тесные связи с представителями политических кругов, а президент корпорации Кеннет Лей (Kenneth Ley) был личным другом Джорджа Буша-младшего [7]. Благодаря административному ресурсу Enron не только получала долю в поставках электроэнергии, налоговые поблажки, но и оказывала решающее влияние на назначение лиц, ответственных за регулирование энергетического рынка. Свою инвестиционную привлекательность корпорация повышала способами, не противоречившими законодательству, однако искажавшими отчетность, в результате чего использование последней для принятия каких-либо инвестиционных решений становилось невозможным. Так, согласно данным отчетности, во втором квартале 2000 г. компания получила прибыль в размере $423 млн, при этом чистый отток денежных средств составлял $527 млн. Правило №123 Совета по стандартам бухгалтерского учета (организации, отвечающей за развитие Общепринятых принципов бухгалтерского учета в США) позволяло не учитывать опционы, выданные сотрудникам и членам совета директоров [16]. В результате к концу 2000 г. руководство и служащие Enron обладали опционами на приобретение 47 млн акций корпорации. Цена исполнения составляла $38, т.е. реализация сотрудниками своих опционов привела бы к изменению показателей отчетности более чем на $1,7 млрд (!) [2].

Искажению отчетности Enron также способствовало широкое использование забалансовых партнерств (off-balance-sheet-partnerships), которые позволяли «размывать» ликвидность практически до бесконечности, скрывать долги и демонстрировать дутые прибыли. Подобных партнерств у Enron было несколько сотен. Само по себе применение данного механизма не является нарушением закона, забалансовое партнерство – способ минимизировать подверженность материнской компании рискам, но в руках «финансового гения» Enron Эндрю Фастоу (Andrew Fastow)