Борьба за мозги

К.Р. Фомина

Национальный исследовательский Иркутский государственный технический университет

Обоснована необходимость изучения разрабатываемой Евросоюзом программы составления собственного глобального рейтинга высших учебных заведений «Табель о рангах». На протяжении ряда лет первые места в мировом рейтинге занимают англоязычные университеты, в том числе высшие учебные заведения США, где финансирование науки и образования в сотни раз больше, чем в Европе.Обращено внимание на место российских университетов в глобальном рейтинге, названы перспективы развития интеллектуального авторитета нашей страны, для успешной реализации которых необходимо объективное изучение и внедрение опыта лучших университетов мира, что безусловно, возможно только при наличии высокого уровня владения английским языком.

Высокообразованная романо-германская Европа готовится к «разводу» с англосакской составляющей. Вернее сказать, с её университетской рейтинговой доминантой. Европейское университетское сообщество – от Португалии до Риги и от Дублина до Мальты – охвачено большим волнением. Европейский союз начал программу составления собственного глобального рейтинга высших учебных заведений. Эта программа «Табель о рангах» по ЕС готовится два года и должна увидеть свет в конце 2011 г. России полезно к ней присмотреться или даже лучше примкнуть, поскольку у инициаторов рейтинга благие намерения. За внедрением нового рейтинга стоит идея вернуть европейскому образованию то, что у него, по мнению ЕС, было незаслуженно отобрано «англосаксами».

По большому счёту, новый рейтинг – начало этапа всё той же «борьбы за мозги» и против их утечки. Европейцы вполне резонно сочли, что с выходом из кризиса, с необходимостью коренной модернизации экономики, банковского дела, хозяйства вообще, а также и политики свежие умы будут весьма кстати. А для умов важно развиваться в университетах. И лучше в своих.

Рейтинг призван, по замыслу авторов, более справедливо расставить по местам университеты мира и потеснить несправедливо и даже искусственно выдвигаемое в ныне существующих основных списках «Высшей лиги» англосакское академическое превосходство. О последнем, впрочем, так уж открыто не говорят, но не надо быть «академиком», чтобы не понять, к чему среди множества прочих благородных целей затевается новый рейтинг.

Известно, что тендер на подготовку выиграл консорциум, в котором явно отсутствует англоязычная университетская доминанта. В Консорциум по оценке высшего образования и исследовательских показателей, или CHERPA (по первым буквам английского ConsortiumforHigherEducationandResearchPerformanceAssessment), вошли исследовательские центры Германии, Нидерландов, Бельгии и Франции. На проект выделено более 1 млн евро.

К концу первой половины 2010 г. был подготовлен пробный рейтинг 150 ведущих университетов Европы. Европейцы намерены с помощью собственного рейтинга поднять если не престиж, то заметность университетов, привлечь к ним студентов и, следовательно, частные и государственные вливания и в общеобразовательный, и в исследовательский процессы. Для Европы, где «экономика знаний» – это не стремление, а уже реальность, такая задача вышла за образовательные рамки и перекочевала в сферу экономики (политики, управления, прогнозирования, культуры) и хозяйства. В Европе (ЕС в его нынешнем виде) насчитывается примерно 4 тысячи высших учебных заведений и обучается чуть больше 19 млнстудентов.

Глобальные рейтинги прочно вошли в обиход с начала 2000-х годов. Сейчас у них появилась и ярко выраженная национальная составляющая. В начале 2009 г., к примеру, Россия тоже вступила в рейтинговое противоборство, обнародовав собственный Новый Глобальный рейтинг мировых университетов (по версии независимого рейтингового агентства РейтОР). В нём МГУ им. Ломоносова вошёл в пятёрку «сильнейших», чего до сих пор ни разу не наблюдалось ни в каких других международных рейтингах.

Забегая вперёд, здесь надо сразу сказать, что при оценке российского университетского потенциала и его ценности зарубежным «аудиторам» приходится объективно трудно. Всё дело в том, что в России, в отличие от многих других рейтингуемых стран, в первую очередь западных, образование и исследовательская наука вроде как не существуют вместе. Административно они у нас разделены. Все ведущие существующие рейтинги в основном учитывают исследовательский потенциал университетов (ясно, что исследовательские и аналитические способности студентов важны для будущих работодателей), потому мы и попадаем всегда в слои «осадочных рейтинговых пород».

Но, тем не менее, есть надежда, что переименование отдельных российских вузов в национально-исследовательские университеты будет способствовать росту их исследовательского потенциала.

Число глобальных рейтингов с 2000-х растёт и сейчас насчитывает более дюжины (это из тех, которым стоит действительно верить), но наиболее авторитетными по сей день считаются два. Это рейтинг 500 ведущих университетов мира Шанхайского университета Цзяо Тун (ShanghaiJiaoTongUniversityAcademicRankingofWorldUniversities, начат в 2003 г.) и британский рейтинг 200 мировых университетов специализированного приложения газеты Times. (Times Higher Education – QS World University Rankings, начатв 2004г.).

В чем сходство и различие этих рейтингов?

QSпредлагает следующие критерии, по которым определяется рейтинг вуза:

академическая репутация заведения (40%);

легкос