Человек в философии и культуре Древнего Востока. Буддизм и Конфуцианство

Характер взаимоотношений первобытного человека с

природой вызывал ощущение неразрывной связности: силы

природы персонифицированы в образах богов (человек испытывал

на себе их могущество и ощущал бессилие в противостоянии

им), люди и боги живут как бы общей жизнью, обладают общими

чертами и даже пороками. Боги не только всемогущи, но и

капризны, зловредны, мстительны, любвеобильны и т. п., в то

время как герои мифов наделены фантастическими способностями

в преодолении зла,в борьбе с врагами. То, что Гегель в свое

время писал о взаимоотношении богов и героев Гомера, вполне

приложимо к мифам народов Востока: "Все содержание,

приписываемое богам, должно оказаться вместе с тем

собственной внутренней сущностью индивидов, так что, с одной

стороны, господствующие силы представляются

индивидуализированными сами но себе, а с другой стороны, это

внешнее для человека начало оказывается имманентным его духу

и характеру".

Постепенно упорядочение хаоса и организация мироздания

начинают приписываться "первочеловеку". В ведических мифах

это тысячеглавый, тысячеглазый, тысячсногий Пуруша, ум или

дух которого породил луну, глаза - солнце, уста - огонь,

дыхание - ветер и т. п. Пуруша - это не только модель

космоса, но и человеческого сообщества с самой ранней

социальной иерархией, проявляющейся в делении на "варны": из

рта Пуруши возникли жрецы (брахманы), из рук - воинское

сословие (кшатрии),из бедер - торговый люд (вайшья),из

ступней - все остальные (шудры). Аналогичным образом в

китайских мифах происхождение мира связывается со

сверхъестественным человеком по имени Паньгу, из вздоха

которого появились ветер и облака, из головы - гром, из

левого глаза - солнце, из правого - луна, из туловища с

руками и ногами - четыре страны света, из крови - реки, из

пота - дождь и роса, из блеска глаз - молния и т. д.

Переходя к рассудочному осмыслению причинности мира в

разнообразных проявлениях его постоянства и изменчивости,

человек должен был по-новому увидеть и свое место,

предназначение в нем. Он по-прежнему ощущал себя в

неразрывности с космосом в целом, но уже задумывался о

существовании первопричины, первоосновы бытия, некоего

абсолюта. Взаимосвязь человека с абсолютом складывается как

бы но двум моделям, в которых отражены не столько

особенности психологического склада восточных народов,

сколько специфика общественного уклада древнеазиатского

общества. Два столпа его составляют централизованный

деспотизм, основанный на государственном владении землей и

водой, и сельская община. Практически безграничная власть

восточного монарха преломилась в сознании как всемогущество

единого, обретшего атрибуты главного божества.

В Китае единое - "великое начало, способное родить,

наделить и погубить" человека, обожествлено в Небе - "Тянь".

В "Ши цзине" ("Канон стихов") Небо - всеобщий прародитель и

великий управитель: рождает на свет человеческий род и дает

ему правило жизни. Упоминание правил жизни не случайно.

Освещение общественных устоев, их сохранение и поддержание -

важнейшая социальная функция культа Тянь. Примечательно, что

складывающееся несколько позже представление о человеческом

совершенстве предполагает прежде всего "гуманность", которая

трактуется как следование правилам, ритуалу, этикету.

"Благородный муж думает о том, как бы не нарушить законы",

он обязан соответствовать требованиям ритуала". "Этикет"

помимо норм непреходящей ценности, вроде правдивости,

доброты, смелости, морального императива "то, чего я не

хочу, чтобы делали мне, и не хочу делать другим", включал в

качестве первостепенных принципов добродетельности уважение

и строгое подчинение сложившемуся разделению социальных

ролей: государь должен быть государем, сановник -

сановником, отец - отцом, сын - сыном.

Конфуцианство, заложившее с древности идеологический

фундамент китайского общества, выдвинуло в качестве

краеугольного камня социальной организации - ли, что

означало норму, правило, церемониал. Ли предполагало

поддержание навечно рангово-иерархических различий. Согласно

каноническому трактату "Ли цзи", Конфуций говорил, что без

ли не может быть порядка, а следовательно, и процветания в

государстве: "Нет ли - значит, нет различий между государем

и подданным, верхами и низами, старыми и молодыми... Ли -

установленный порядок вещей".

Аналогичным образом в Индии "образующий реальное и

нереальное Брахма не только "вечный творец существ", но и

определяющий для всех "имена, род деятельности (карму) и

особое положение". Ему приписывается установление кастового

деления и требование безусловного его соблюдения. Согласно

исходящим от Брахмы "Законам Ману" (сложившимся в VI-V веках

до н. э.), высшее положение в обществе занимают жрецы -