Столкновение рока и разума

Происходящие в Европе международные события имеют значение далеко выходящее за пределы политики. Происходит борьба сил более глубоких и по отношению к нимполитика есть лишь накипь. И я хотел бы посмотреть на эти события именно не с политической точки зрения. Я не буду говорить сейчас о радости, которую всеиспытали, что избегнута хоть на короткий час война. Не буду говорить и о том, что есть вещи более низменные и более подлые, чем война, хотя война есть самоестрашное, самое мучительное и самое безобразное, хотя современная война лишена всякого благородства. Лучшие французы писали о том, что нельзя основать мира настрахе. Страх перед войной миролюбивых демократий дает основание диктатурам вести политику шантажа. Чисто психологические моменты играют сейчас огромнуюроль в международной политике. Французы храбрый народ, думаю, что гораздо более храбрый, чем немцы и итальянцы, это народ — guerrier (воин, воитель - франц.)по своему прошлому. Французы любят драться в войнах и революциях. И тем не менее в данный час истории они одержимы страхом войны. Менее храбрые немцыэтого страха не имеют, хотя это не значит, конечно, что они хотят войны.

Когда я читал в газетах о Мюнхенском собрании, в котором речь шла о судьбе Европы, я очень остро почувствовал, что происходит столкновение разныхмиросозерцаний и мироощущений, и что это гораздо сильнее политических комбинаций. Несомненно, что великие демократии Европы, Франции и Англииобнаружили слабость и во всем уступили Германии. Думаю, что это объясняется не их военной слабостью и тактическими ошибками, причины гораздо глубже. Чемберлени Деладье договаривались с Гитлером, как спасти мир. Что стоит за Чемберленом и Деладье и что стоит за Гитлером? Премьеры западных демократий представляютразум, разумный гуманизм, расчет, они хотят политики целесообразной, почитая сохранение мира высшей целью. Они ведут рациональную политику, подлежащуюрациональной критике и оценке, хотя могут, конечно, с этой точки зрения делать грубые ошибки. Гитлер представляет совсем иной мир. За Гитлером стоит не разум,не расчет, а рок, фатум, и сила рока определяет его победы и завоевания. Воля к могуществу есть рок. Человек рока совсем не должен обладать особенными интеллектуальнымии моральными качествами, он должен быть медиумом нечеловеческих роковых сил. Вероятно, средний французский министр умнее и культурнее Гитлера, но он лишенвсякой динамической силы, он человек политических расчетов, парламентской рутины. Гитлер имеет интуицию, которая не есть его личное качество. Вероятно,английский премьер обладает более твердыми моральными принципами, чем Гитлер, для которого все дозволено, как и для всех диктаторов, но твердые моральныепринципы лишены в нынешний час истории всякой динамической силы. Мы живем в эпоху, когда лишь иррациональные силы действительно сильны, рациональные жесилы бессильны. Наша эпоха научает тому, что разум бессилен бороться с роком, что для победы над роком нужна сверхразумная сила.

Идея рока всегда была характерна и показательна для германской мысли и для германской эмоциональности. Французскому сознанию категория рока совершенночужда, она противоречит французскому интеллектуализму. Когда читаешь немецкие книги, особенно послевоенного периода, посвященные философии истории ифилософии культуры, то поражаешься, как часто употребляется слово Schicksal (судьба - нем.). Вы этого не найдете в французских и английских книгах.

В глубине германской стихии есть плененность роком. Это заложено уже в старойгерманской мистике, в учении Я. Беме об Ungraund’e (первооснова - нем.), бездне, лежащей глубже бытия, о яростной борьбе полярных сил в космическойжизни. Германская метафизика видела иррациональное начало в первооснове бытия, она волюнтаристична, для нее страстная воля определяет бытие мира.Рационализация есть вторичный процесс. Так у Шеллинга, у Шопенгауера, у Э. Гартмана. Ницшепроповедует amor fati (любовь к судьбе - франц.). Тот же дух вмузыкальной драме Вагнера. Два противоположных начала слышны в музыке Вагнера — победа и притяжение смерти. Но над всем царствует рок. Когда русские писали орационализме немцев, они не доходили до глубины проблемы. Немцы легко становятся на грань безумия. Греческая трагедия более всего близка немцам. Еевсегда плохо понимали французы, для которых она была заслонена Расином. Под знаком рока стоит греческая трагедия и досократовское религиозное и философскоесознание греков. Идея рока, как и идея первичного хаоса, свойственна не греческой философии, а греческой мифологии. Греческая же философия вынашивалаидею универсального разума. И рок и разум имеют греческие истоки, но означают разные направления в европейской культуре, связанной с Грецией. Германскаямифология рока проходит мимо христианства, она языческого происхождения. Эта древняя языческая стихия действует в современной Германии.

Но произошла милитаризация рока. Гитлер убежден, что рок за него и принесет ему победу. В этом его сила. Он слушает веления рока, который предназначаетГерманию к мировому господству. Он верит в свою звезду. Чемберлен и Даладье, вероятно, не верят в свою звезду и вообще в звезду. В этом их слабость. Человекрока есть человек одержимый, он не представляет человеческого начала, не представляет и Бога, а третью силу. Энигматичность (загадочность - от лат.enigma - загадка) Гитлера связана с тем, что в нем так слабо выражено человеческое начало. Именно стоящий за Гитлером рок создает динамическую силу,к