Религиозные системы Японии и Индии

МИФ И МИСТИЦИЗМ В РЕЛИГИОЗНЫХ СИСТЕМАХ ЯПОНИИ И ИНДИИ.

Появление "новых религий" как движений исторически нового, буржуаз­ного типа представляло собой в Индии и Японии плавный, естественный процесс, не сопровождавшийся системным кризисом религии в целом, по­добным тому, какой пережила Европа при становление протестанизма. Именно эта эволюционность, отсутсвие выраженной революции в религиоз­ной сфере, по-видимому, и дали основание Н. Маркфарланду говорить об отсутсвии в истории религий этих стран феномена, аналогичного Рефор­мации. Между тем такой как бы естественный ход обновления, реоргани­зации религиозной надстройкой совершенно закономерен для стран, где религия традиционно представляла собой ячеистое, конгломератное обра­зование и содержала и структуры, не связанные тесно с феодальной надстройкой, и, следовательно, могущие быть использованными на новом витке общественного развития без радикальной ломки исторически пред­шествовавших структур.

Многообразие форм вероисповедной практики и религиозных течений в Индии и Японии связаны с исконной природой автохтонных течений - ин­дуизма и синтоизма, отсутствием их привязки к какому-то одному конк­ретному основателю, с их уходящими в родо-племенное общество корнями. Обе традиции - синкретическая японская, возникшая в результате синте­за, смешения синтоизма и буддизма и испытавшая немалое воздействие конфуцианства и даосизма, и индуистская, вобравшая в себя культы как ведийских богов, так и божеств народов субконтинента, - превращали Японию и Индию в страны "тысячи богов".

Cохранение политеизма уже само по себе создавало возможность склады­вания многочисленных религиозных групп, объединявшихся по принципу преимущественного поклонения кому-либо из многочисленных фигур рели­гиозного пантеона: в Японии главным образом в виде культа ками - бо­жеств и духов, населяющих и одухотворяющих всю природу, или горных божеств, в Индии - в виде групп сампрадайя, выделяемых в зависимости от почитания основных божеств индуизма - Вишну, Шивы, Брахмы и др.

Вместе с тем в реальности подавляющее большинство и японцев и индий­цев никогда практически не отдавало исключительного предпочтения од­ному из богов: различные божества связывались с теми или иными сфера­ми человеческой жизни, природными явлениями, с поддержанием тех или иных сторон общественной жизни и космическими процессами. В домашнем ритауле и в религиозных паломничествах, составлявших важнейшую черту религиозной жизни обеих стран, человек почитал множество сверхъ­естественных существ.

Большое влияние на синтоизм Японии, оказало наложение политеизма из Китая и Кореи, а именно махаянского буддизма с его представлениям о бессчисленных буддах и бодхисаттвах. Их соединение при котором мест­ные божества начинали трактоваться как защитники и покровители буд­дизма, а будды и бодхисаттвы как спасители синтоистских божеств, ум­ножило и закрепило внутриконфессиональный плюрализм религиозного мыш­ления, когда весь видимый и невидимый мир представал ареной действия сонма сверхъестественных сил в их сущностном, космическом единстве и единстве человека.

Авторитетный исследователь религиозных традиций Японии Х.Б. Эрхарт, пишет: "Одна из тем, которые красной нитью проходят через историю ре­лигии в Японии, - близость человека, богов и природы. В этом кон­тексте под богами могут пониматься как ками синто, так и будды и бод­хисатвы (буддийские божества)... Тенденция иудео-христианской теоло­гии выражается в представлении об иерархии, в которой на первом месте божество, на втором человек, на третьем третируемая как "низкое" при­рода. В религии японцев все три начала более или меннее равноправны. Человек, боги и природа образуют треугольник гармонических отношений и взаимосвязей... Гармония между человеком, богами и природой есть краеугольный камень японской религии ".

Такой "краеугольный камень" синкретизма лежал в основе индуистского мироощущения с той непринципиальной разницой, что он сложился на базе одной религии. Сама эта религия тоже не представляла собой единого целого, слагалась из множества течений, местных культов, была настолько разнообразной в своих проявлениях, что позволяла и самим приверженцам и некоторым исследователям определять ее как смешение различных вероисповеданий, совокупность религиозных систем, связанных воедино общим происхождением. В своем исследовании индуизма крупней­ший индийский ученый Н.Чаудхури приходит к заключению: "... в конеч­ном счете индуизм явился чрезвычайно развитой формой анимизма, не проводившего пограничной черты между материальной и духовной сфера­ми".

Из этого, пропитывающего все сферы бытия сверхъестественным началом мифологического мировидения в обеих странах по мере эволюции социаль­ных структур рождалось мировидение мистическое. На зависимость разви­тости мистической традиции от политеизма обращает внимание амери­канский религиовед Р. Зэнер: "Можно со всей определенностью утверж­дать, что строго монотеистические религии в принципе не предрасполо­жены сами по себе к мистицизму".

В современном религиоведении отсутствует единое понятие слова "мистицизм". Ряд авторов связывают мистицизм с шаманизмом и магией, рассматривая шаманизм как первоначальную форму мистицизма и как исходную форму религии вообще. Мистицизм есть особая форма мировосп­риятия, основанная на ощущении более или менее полной идентичности духовного начала чел