Основные ритмообразующие принципы прозы А.М.Ремизова

Основные ритмооб­разующие принципы прозы А.М.Ремизова

Целью данной работы является определение основных ритмооб­разующих принципов прозы А.М.Ремизова. Исходя из поставленной цели , можно сформулировать следующие задачи исследования:

1) охарактеризовать художественные приемы , заимствован­ные А.Ремизовым из фольклорной песенной традиции;

2) рассмотреть кольцевую ритмическую структуру книги Ре­мизова “Посолонь” на “макро”- и “микро” уровнях;

3) определить степень использования А.М.Ремизовым эстети­ческих принципов символизма А.Белого;

4) выявить главные признаки “ симфонического построения” ремизовских текстов .

Тема “Ритмообразующие признаки прозы А.Ремизова ” на сегод- нящий день является актуальной . В ремизовском тексте лирическое начало присутствует и в содержательном и в формальном плане.

Знакомство с ремизовскими текстами уже на эмпирическом уров-не дает почувствовать музыкальный лад, хотя почти не имеет традици­онных стихотворных размеров, но песенный склад поэзии проявляется в наборе отдельных, сознательно введенных автором, художественных приемов. Музыкальность текстов А.Ремизова, песенный склад лишь в некоторой степени изучены в современном литературоведении, что также доказы­вает очевидность проблемы.

Всеми этими причинами обусловлена необходимость глубокого литературоведческого анализа подобных приемов.

На протяжении своей литературной карьеры А. Ремизов занимался возрождением “затертого слова” . Как и творчество его современника Андрея Белого, эксперименты А.Ремизова в сфере литературного языка показали огромное влияние на развитие русской прозы первой четверти XX столетия.

В своем подчеркнутом внимании к слову со всеми его гранями, включая магию и музыку, Ремизов был близок к символистскому пони­манию языка как инструмента творческого познания. Грета Слобин от­мечает, что Ремизов видел свое назначение в том , чтобы “ возрождать глубоко зарытые и давно забытые сокровища русского языка”.[i]

М.Волошин считал самой большой драгоценностью ремизов­ских текстов язык, а о языке “ Посолони” писал : “Язык этой книги как весенняя степь , когда благоуханье , птичий гомон и пение ручейков сливаются в один многочисленный оркестр”.[ii]

Д.Святополк-Мирский отличал А.Ремизова от его современников “ глубокой укорененностью в русской почве”[iii] , а также тем , что он усвоил всю русскую традицию от мифологии до Гоголя, Достоевского и Лескова. Этот же исследователь называл его прозу сказом : “она воспроизводит синтаксис и интонацию разговорного языка, причём в его наименее литературных и наиболее необработанных формах”[iv] .

Ритмичность ремизовских текстов отмечал К.Мочульский :

“ синтаксис его - запись устного рассказа, нотные знаки, отмечающие ритм и интонацию живой речи”.[v]

Проблему музыкальности произведений А.Ремизова в своих работах рассматривал литературовед и критик В.Ильин : “ Ремизов весь ушёл в музыку слова и в варьирование словестно-музыкальных тем и образов”.[vi] Этот автор указывает и трудности прочтения ремизовских текстов, что нужно по несколько раз вчитываться и вслушиваться в

“ искусство его словоплетения”.

Ритм является организующей силой не только в поэзии, но и в художественной прозе. “Свободный ритм” в языке, в образах, в композиции характерен для каждого прозаического произведения. В “Посолони” “свободный ритм” превращается в ритм, близкий к стихотворному, - регулярный или , точней , определяемый ярко выраженной тенденцией к метрическому построению речи. Ритмизация и даже метризация языка является наглядным свидетельством своеобразия А.Ре- мизова.

К.В.Мочульский отмечал, что “ словесное искусство Ремизова основано на тончайшем чувстве ритма : ритм движет его композицией , обуславливает синтаксические конструкции, порождает образы”.[vii]

Кроме речевого “микроритма” , пронизывающего весь художественный текст, выявляется ещё и композиционный “макроритм”. Ритм работает внутри фразы и абзаца, а в виде архитектоники он работает в чередовании глав. В то же время повторение одного и того же слова, образа способствует возникновению необычного смысла ,нового значения. Чаще всего это наблюдается в различных снах в произведениях А. Ремизова.

Г. Гунн в книге “Очарованная Русь” приходит к выводу, что Ремизов в своей основе лирик , а не эпик и его “песню” следует понимать “в контексте соединения народного творчества и древней книжности”.[viii]

Ремизовским сказкам присущ песенно-лирический склад. Но это не стилизация, а нахождение природного лада речи, обращение к точности и образности народного слова.

Ритмические элементы прозы А.Ремизова рассматривал в своей статье “О творчестве Алексея Ремизова” К.Мочульский: “ Гибки , емки, свободны его конструкции. Иное словечко , иное восклицание пов- торяется упорно , а нередко и целые тирады возвращаются, как песенные припевы”.[ix]

Связь с народными песнями, с песенными запевами прослеживается во многих произведениях писателя. “Запев” в сказках задает песенное ритмообразующее начало всему произведению , придает ему лирический характер . Сходство с песенным запевом обусловлено структурной цитацией отдельных фрагментов и их синтаксическим построением в “запеве” сказок и песен.(“… с берега вошли в воду. По воде пустили венки. Плыли венки, куковала кукушка.”)* Например, первое предложение заканчивается обстоятельством места, которое почти п