Исторические предпосылки и конституционные основы развития духовности в Приднестровской Молдавской Республике

Церковь и государство имеют разное происхождение и природу, свои отдельные и особые сферы действия и средства и независимы друг от друга. Однако, эта независимость не носит абсолютного характера. Государство, действующее в пределах своей компетенции, не высказывает суждения о вероучительных предметах или о формах богопочитания - о богослужении, как и церковь не судит о формах государственного устройства и мероприятиях правительства с точки зрения их политической целесообразности. Однако есть области, которые не могут быть безразличны ни для церкви, ни для государства. Это, прежде всего общественная нравственность и правовой статус церкви. Церковь проповедует истину от Христа и преподает людям нравственные заповеди, исходящие от самого Бога, поэтому она не властна изменить что-либо в своем учении, умолкнуть, либо прекратить проповедование истины, какие бы иные учения не предписывались или не распространялись государственными инстанциями. В этом отношении церковь внутренне совершенно свободна от государства. Что же касается юридического статуса, который имеет та или иная местная церковь, то это полномочие государственной власти, которая обладает правовым суверенитетом на территории государства. А значит, она и определяет правовой статус местной церкви, предоставляя возможность исполнения ею своей миссии либо ограничивая эти возможности. Таким образом, государство реализует свое право, а церковь не вправе отказывать государству, даже дискриминирующему ее, в повиновении, ибо совершать дело спасения людей церковь должна в любых условиях и при любых обстоятельствах.

Взаимоотношения церкви и государства развивались в контексте истории, в ходе которой государство возникло и видоизменялось. В ХХ веке Русская православная церковь прошла тернистый путь испытаний, начало которому было положено в 1917 году, а государство прошло сложный путь формирования отношения к религии и чувствам верующих. В период монархии государство возвело в ранг юридической обязательности указание религиозной принадлежности подданных, оставляя человеку свободу выбора исповедуемой религии, но не допуская возможности отказаться от исповедания религии вообще, выбрать и тем более проповедовать атеистические убеждения. Были введены категория государственной религии и органы государственного управления религиозными делами, а в документах граждан полагалось указывать религиозное вероисповедание. Провозглашение социалистического государства сопровождалось принятием актов об отделении церкви от государства и школы от церкви. Запрещалось принимать какие-либо местные законы и постановления, которые бы стесняли или ограничивали свободу совести либо устанавливали бы какие-то преимущества или привилегии по признаку вероисповедной принадлежности граждан. Церковь отделялась от государства, то есть утрачивала статус государственной церкви, с упразднением государственного управления ею и не требовалось теперь указывать религиозную принадлежность в официальных документах граждан.

В законодательстве первых лет советской власти чувствовались, с одной стороны, необходимость считаться с тем, что подавляющая часть населения была верующей, с другой стороны, началось проявление враждебного отношения новой идеологии к религии. На первый взгляд, проявлялась терпимость к исповеданию религии, но вместе с тем религия настолько считалась личным делом гражданина, что все возможные публичные способы приобщения к ней запрещались.

Рассматривая православное духовенство в качестве одной из наиболее реакционных сил старой России, организаторов и вдохновителей черносотенного движения и, значит, в качестве своих врагов, большевики за одно десятилетие - с 1920 по 1931 годы - закрыли, разрушили и взорвали в Приднестровье более 80 церковных зданий и помещений. Только в Тирасполе были закрыты все семь существовавших православных церквей, а их здания беспощадно взорваны. Отношение большевистского руководства страны к православной церкви во многом изменилось в период Великой Отечественной войны, когда православие выступило в качестве патриота Отечества, было восстановлено патриаршество, началось открытие новых и восстановление нарушенных храмов. Однако это почти не коснулось оккупированного фашистами Приднестровья. Правда, часть православных церквей была открыта румынскими оккупантами, причем храмы, носившие имена русских святых, были переименованы в честь святых, наиболее почитаемых в Румынии. Восстановление церковной жизни в Приднестровье, в состав которой входила и Одесская область Украины, осуществлялось в целях румынизации этого края. Румынская патриархия без согласования с Московским патриархом нагло, силовым методом распространила свою юрисдикцию на оккупированные территории [1].

После окончания Великой Отечественной войны в связи с некоторым улучшением отношений властей к нуждам православных работавшие в военное время церкви не закрывались. Но, начиная с 1955-1956 годов, по епархии прокатилась новая разрушительная волна. Были закрыты и уничтожены почти все храмы. На территории Приднестровья (левобережья) остались только две действующие церкви - Успения Пресвятой Богородицы в селе Воронково Рыбницкого района и Рождества Пресвятой Богородицы в селе Подойма Каменского района. Такого убийственного разгрома, который наблюдался в период хрущевской "оттепели", Русская православная церковь Приднестровья не знала даже в наихудшие сталинские времена. Распад Советского Союза, возрождение государственности Приднестровья и связанный с ним мо