Уголовные традиции дореволюционной России

Содержание

Введение. 2

1.Структура уголовного общества. 4

2. Значение уголовных традиций в воспроизводстве преступности. 9

Заключение. 15

Источники и литература. 17

Введение

Образы зоны и тюремного заключения, которые рождаются в печати и на телевидении, как в документальных, так и художественных фильмах, порождают только лишь мифы о тюремной жизни, легко укореняющиеся в массовом сознании. Возникает парадоксальная ситуация: с одной стороны, тюрьма воспринимается как явно негативное, дискриминационное явление, а с другой — нормы и правила тюремной субкультуры присутствуют на сегодняшний день в большинстве сфер деятельности людей, например, искусстве, языке повседневного общения, способах взаимодействия между людьми, жизненных ценностях и прочее. Границы между тюрьмой и остальным обществом размываются, но это ведет не к гуманизации процессов, происходящих в тюрьме, а к криминализации повседневной жизни.

Размышляя о происходящей экспансии криминальной культуры в обществе, можно прийти к заключению о том, что очень многие социальные процессы, протекавшие в прошлом и происходящие сегодня в российском обществе, способствуют распространению и ассимиляции установок тюремной субкультуры в повседневной жизни.

Выявление причин влияния тюремной субкультуры на российское общество, конечно, потребовало обращения к различным историческим фактам. В этом отношении весьма актуальным будет обращение к процессам, проистекавшим в дореволюционный период истории России, когда были заложены основы современной уголовной субкультуры. Изучение состояния преступности дает более полную картину социальной истории всего российского общества. Новые социальные отношения строились на фоне процесса российской модернизации, которая приводила к изменениям и деформациям менталитета различных групп населения.

Целью нашей работы является рассмотрение процесса развития и распространения уголовных традиций в досоветский период отечественной истории.

Задачи работы:

- характеристика условий возникновения уголовной субкультуры на дореволюционном этапе:

- рассмотрение структуры уголовного общества и систему его иерархии.

В соответствии с определенными целями и задачами структура нашей работы будет включать в себя следующие компоненты: введение, основную часть, подразделенную на два параграфа, заключение, список источников и литературы.

1. Структура уголовного общества

Характеристика структуры и динамики преступности в России дореформенного и пореформенного периодов отражает лишь общее ее состояние. Однако не меньший интерес представляют вопросы, связанные с непосредственной деятельностью преступников, их внутренним миром, особенностями криминальной профессии. Ответы на них позволяют проследить преемственность многих сторон профессиональной преступности.

В период централизации и укрепления русского государства преступность в своей массе характеризовалась множественностью различных деяний с выраженным примитивизмом их совершения. В то время не было, как известно, даже общеуголовных тюрем. А именно в местах лишения свободы возникают традиции профессиональных преступников, различные касты, формируется уголовно-воровская психология.

В России конца XIX столетия с организацией стабильной тюремной системы и уголовного розыска при интенсивном росте преступности начинается формирование иного мира преступников, деятельность которых в новых условиях нуждалась в определенной консолидации с целью обеспечения собственной безопасности. Наиболее активно этот процесс проходил в среде рецидивистов. Отмечалось, что все мошенники и воры делились на группы и классы, каждый со своей специальностью[1] .

Преступный мир России, как и других стран, был разнообразен не только по социальному составу лиц, их положению в криминогенной среде, но и по роду противоправной ориентации (воры, мошенники, грабители). К началу XX века в местах лишения свободы, преимущественно на каторге, сформировалась определенная иерархия осужденных. Ее составляли четыре касты преступников, объединенных по убеждению, криминальной квалификации, положению в уголовной среде и физическим особенностям. Эти, выражаясь современным языком, неформальные группы, по словам С. В. Максимова, распоряжались жизнями осужденных, были их судьями и законодателями, приводили в исполнение «приговоры»[2] .

Профессиональная преступность, в основе которой лежат преступления, служащие источником средств существования, несомненно связана с такими причинами, как корысть, стяжательство, паразитические устремления. Однако эти и другие причины порождают конкретные деяния. Что же касается вида преступности как своеобразного социального феномена, то здесь, очевидно, должна быть специфическая причина. Одной корыстью и экономическими факторами профессиональную преступность не объяснить. К тому же корыстная мотивация наблюдается и в действиях случайных преступников.

Корыстно-паразитическая психология, лежащая в основе имущественных преступлений, порождает профессиональную преступность при наличии такой специфической причины, как существование криминальных (в данном случае уголовно-воровских) традиций и обычаев, роль которых в российской криминологии изучена недостаточно.
Профессиональная преступность существует не один век. Она связана с деятельностью людей, передачей опыта поколений преступников, утверждением специфическ