К вопросу о понимании системы науки современного конституционного права

К ВОПРОСУ О ПОНИМАНИИ СИСТЕМЫ НАУКИ СОВРЕМЕННОГО КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА

Конституционно-правовая наука представляет собой совокупность знаний о различных проявлениях конституционализма и конституционного права как фундаментальной отрасли национального права. Конституционное право в качестве отрасли научного знания относится к семье правоведческих дисциплин. Как и в любой другой области научных знаний, в ней следует выделять предмет, объект, содержание, форму, методологию, ценностные основания и т.п.

Прежде всего, наука современного конституционного права дает возможность обнаружить и исследовать объективно существующие явления конституционно-правовой действительности, создать теоретическую основу дальнейшего генезиса конституционализма и конституционного права как фундаментальной отрасли национального права, предвидеть и упредить возможные просчеты и недостатки дальнейшего развития и усовершенствования национального конституционного права, исследовать положительный зарубежный опыт конституционного строительства и правотворчества с целью его использования на практике.

Однако, наука конституционного права, представляя собою определенную сферу теоретического знания, может претендовать на право называться научной областью знаний лишь в том случае, если это не просто некоторая сумма информации, а согласованная совокупность (система) знаний, которые раскрывают закономерности развития определенных явлений как предмет исследование этой науки.

Именно предмет науки вычленяет и объединяет конституционно-правовое знание и, по существу, персонифицирует его. Конкретизация же предмета предопределяет внутреннюю структуризацию науки, выделение по предметному признаку самостоятельных частей ее системы.

Важную роль в систематизации науки конституционного права играет и ее методология, позволяющая дифференцировать конституционно-правовое знание, определение задач, функций науки конституционного права и т.д.

Исходя из вышеизложенного, под системой науки конституционного права, по нашему мнению, следует понимать взаимосвязанное упорядоченное знание о предмете ее изучения, полученное с помощью юридических методов и методологических приемов, и структурированное в соответствии с гносеологическими и практическими задачами и методическими требованиями.

Система науки конституционного права имеет своей объективной основой предметную и методологическую определенность конституционно-правового знания и ориентируется на задачи науки как целевые установки познания в соответствующей сфере общественной жизни. Так, при предметном подходе к упорядочению элементов системы либо между ними устанавливается логическая (горизонтальная) связь, либо выявляется их историческая последовательность, либо определяется уровневое соотношение. Методологический подход к построению системы науки, имея основным критерием способ получения конституционно-правового знания, позволяет выделить такие методологические блоки, как логическое и историческое, юридическое и политическое, теоретическое и эмпирическое.

Система науки конституционного права объективируется в ее структуре, представляющей собой организацию системы, ее внутреннюю форму, отличающуюся устойчивостью и закономерностью связей отдельных элементов такой системы. Многообразие элементов, проявляющееся в их количестве, построении и характере связей, является отражением в мышлении изучаемых наукой явлений и процессов конституционно-правовой действительности [1].

Систему какой-либо науки можно выстроить только тогда, когда накопленный материал о предмете изучения достаточно обширен, обладает качественной целостностью и изложен в научных источниках. Разумеется, и сам объект познания – конституционное право – должен сформироваться и находиться в развитом состоянии.

В дореволюционной науке конституционного права о ее системе начинают говорить в конце ХIХ – начале ХХ в.

Так А.В. Романович-Славатинский, исходя из того, что «русское государственное право имеет своим предметом систематическое изложение и разъяснение узаконений, определяющих устройство, компетенцию и круг деятельности властей и учреждений, которыми управляется русское государство», считал, что русское государственное право «заключает в себе три отдела». В первом отделе, по его мнению, «группируются и разъясняются те узаконения, которыми определяется существо и организация Верховной Самодержавной власти». Во втором заключаются узаконения, которыми «определяется устройство мест и властей подчиненных, посредством которых проявляется и действует на народ Верховная Самодержавная власть». По сложности своего содержания, считал А.В. Романович-Славатинский, эта часть должна быть подразделена на разделы. По его мнению, «органы, посредством которых Верховная власть проявляется и действует на народ, суть места и власти. Места – органы юридические – учреждения, присутствия; власти – органы физические – должностные лица, чиновники, действующие то отдельно – бюрократически, то в составе присутствий – коллегиально». Третий отдел русского государственного права, утверждал А.В. Романович-Славатинский, «состоит из тех узаконений, которыми определяется положение в государстве, права и обязанности, участие в управлении различных классов народа, исторически распавшегося на сословия и состояния» [2].

Другой великий ученый-конституционалист Н.М. Коркунов предложил систему науки государственного права, основанную на конструкции государства как юридичес