История развития уголвного права Англии

Географическая обособленность Англии, особенности ее исто­рии, раннее развитие промышленности и торговли привели к тому, что в течение многих веков английские юристы и судьи не испытыва­ли значительного влияния законодательства других стран и самостоя­тельно творили право своей страны. И римское право, и континен­тальная юридическая доктрина мало отразились на английском праве. Этим обусловлено своеобразие английских правовых институтов.

Значительной особенностью английского права является его ар­хаизм. Итогом английской буржуазной революции был компромисс между дворянством и буржуазией. В результате дореволюционное право не было отменено полностью и заменено новым правом. Значи­тельная преемственность дореволюционного и послереволюционного права является характерной чертой английского права. Но безусловно, развитие капиталистических отношений не могло не сказаться на со­держании права, и постепенно его феодальная сущность уступила ме­сто буржуазной. В результате от старого права остались лишь его ар­хаичные формы, но они наполнены новым содержанием.

Особенность английского права в XIX—XX вв. в том, что оно ос­талось некодифицированным. Рост законодательства в конце XIX-начале XX в. значительно потеснил позиции прецедентного права. В XX в. в Англии законодательство окончательно превратилось в ос­новной источник права.

Цель исследования – на основе научной и нормативной литературы охарактеризовать и рассмотреть особенности уголовного права Англии в XVIII-XXв.

При анализе используются следующие методы исследования: анализ государственно-правовой действительности, анализ научно-правовой, а так же нормативной литературы по проблеме исследования.

1. Уголовное право Англии в средние века

Нормы средневекового уголовного права в значительной степени были созданы судебной практикой и доктриной. Уголовное статутное право представляло собой сре­ди его источников не что иное, как воспроизведение (полное или в более или менее измененном виде) соответствующих норм общего права. Сложность порождалась и тем, что престу­пления и гражданские правонарушения различались не столько по природе противоправных действий, сколько по характеру иска и процесса их рассмотрения. Одно и то же деяние могло оказаться и гражданским, и уголовным правонарушением, так как право допускало и ту, и другую форму иска и соответствую­щего ему процесса — гражданского, направленного на подтвер­ждение или восстановление определенных прав, либо уголов­ного, имеющего своей целью наказание правонарушителя за совершенное им деяние. Этим обстоятельством в значительной мере можно объяснить отсутствие в правовой системе Англии четкого понятия преступления, которое в Средние века было тесно связано с понятием греха. 1

При Генрихе II начала формироваться и определенная ие­рархия преступлений: тяжких и менее тяжких. К первой группе были отнесены прежде всего «преступления о жизни и членах» (убийство, нанесение тяжких телесных повреждений), которые были отнесены к исключительному ведению короля, к его «ми­лости», так как они непосредственно затрагивали «королевский мир». Ко второй — уголовно-правовые проступки, посягатель­ства на субъективные права других лиц (кражи и проч.). Эти правонарушения, которые позднее стали называться мисдими-норы, были отнесены к ведению шерифа и наказывались тю­ремным заключением, но чаще штрафом, которым могло быть заменено и лишение свободы.

Своеобразной прелюдией появления третьей группы престу­плений — государственной измены было понятие «политиче­ское преступление», возникшее в период правления Эдуарда I, когда в 1283 г. он созвал баронов для решения вопроса о судьбе захваченного в плен принца Уэльса Дэвида. Впоследствии все политические преступления парламент стремился рассматри­вать в рамках особого политического процесса, по процедуре, свободной от пут общего права и строго контролируемой со стороны короны. Зарождение института импичмента, вероятно, и было связано с этими политическими процессами. Отмена ордалий в XIII в. стала свидетельством растущего понимания различий между грехом и преступлением.

Измена могла быть совершена по общему праву или посред­ством нарушения долга верности королю со стороны его под­данных, что называлось великой изменой, или долга верности подчиненного человека своему господину — малая измена. В этом случае признавалось изменой только умерщвление вы­шестоящего лица, например убийство вассалом своего сеньора, женой — мужа или священником — своего епископа.

Обвинение в великой измене было мощным орудием в руках сильной королевской власти, широко используемым в борьбе со своими светскими противниками, баронами и непокорным клиром. В последнем случае обвинение в измене было особен­но действенным, так как оно лишало представителей церкви привилегии духовного звания, т. е. права рассмотрения их дел в церковных судах, которые исключали применение смертной казни («церковь не может проливать кровь»). Не последнюю роль играла и материальная выгода короля, пополнявшего свои землевладения за счет конфискованных земель лиц, обвинен-^ ных в измене. В силу этого понятие измены всемерно расширя­лось в королевских судах.

Попытки пресечь эти злоупотребления предпринимались со стороны феодалов неоднократно, но только Статут Эдуарда III 1351 — 1352 гг. поставил на какое-то время толкование измены в определенные рамки. С принятием этого статута, который, по утверждению К